14
0Что ей делать дальше? Как отделаться от кхассера, к которому с каждым днем крепла какая-то неправильная, нездоровая привязанность.
— Подъем! — Маэс стоял над ней и угрюмо рассматривал темные волосы, разметавшиеся по белоснежному насту.
Чудовище, а не женщина. Без страха, без сомнений, без кротости. О том, как пишется слово «скромность» она, наверное, даже не догадывалась.
Это додуматься надо было! Пырнуть ножом, когда в воздухе была. Кхассер сначала озверел от неожиданной боли, а потом, когда Мел выскользнула из когтей — струхнул не на шутку. Разобьется ведь дура!
А она оказалась живучей, как кошка, и везучей, как два десятка чертей.
"Сутки найти ее не мог. Бесился из-за того, что связь между ними неполная. Хасс вон свою пару где угодно найдет, с закрытыми глазами. А у него все размыто. Вроде направление, в котором беглянка продвигалась, чувствовал, но не более того. Вдобавок вьюга эта проклятая все следы сжирала. Злился он. Сильно. И на нее, и на себя.
Мел даже не пошевелилась в ответ на его приказ, тогда Маэс просто взял ее за шкирку и вздернул на ноги:
— Нож, — протянул ей раскрытую ладонь
— Я потеряла его во время падения.
Она действительно не смогла удержать его в руках, о чем очень сожалела. А потом искать времени не было, надо было ноги уносить. Хотя, зря торопилась. Все зря.
Император пытливо смотрел на нее.
— Можешь обыскать, — Мел расставила руки, — у меня нет его.
Обыскивать он не стал. Во-первых, не хотела терять время. И так из-за нее на целый день задержались. Во-вторых, прикасаться лишний раз без надобности к ней не собирался. Потому что с каждым касанием, нить, соединявшая их, становилась все прочнее, и вместе с ней росла тоска и тревога.
— Нет времени.
Он перекинулся, рывком схватил ее под руки и, заложив крутой вираж, поднялся в небо. Надо было наверстывать упущенное время.
До обговоренного места ночлега, он добрался, когда на улице уже была ночь. В этот раз облака ушли далеко на север, обнажая чернильный небосвод, на котором тихо мерцала небрежная россыпь звезд.
— Нашлась, — проворчал Брейр, когда в низкую земляную пещеру вошел Маэс, волоча под локоть Мелену.
— Соскучился? — нагло спросила она.
— Заткнись. Сядь. — император буквально силой усадил ее на затертое бревно, оставшееся здесь от предыдущих путников, как и небольшое, обложенное круглыми гладкими камнями кострище и внушительный ворох хвороста.
Мелена попыталась взбрыкнуть, но тяжелая ладонь опустилась на плечо, не позволяя подняться. Император кивнул Доминике, и та подсунула миску с едой.
— Ешь.
В животе было пусто и холодно, а незамысловатое варево, в котором плавали куски разбухшего вяленого мяса, картошка и бобы, пахло так вкусно, что бороться с соблазном не было сил. Да и смысла тоже.
