3
0
Стало ли мне легче от того, что убийца моей матери, как выяснилось, уже почти четверть века мёртв? Однозначно нет. Я страстно желал лишить его жизни самостоятельно… Впрочем, стоило признать, это всё же больше хорошо, чем плохо.
Я тяжело выдохнул.
— Допустим, ты говоришь правду. Что дальше?
Наумов, оправляясь от нашей объединённой атаки, выдавил натянутую улыбку.
— А дальше я рассчитываю, что перестаю быть твоим кровным врагом, потому как это, в виду прояснившихся обстоятельств, не имеет никакого смысла, — выдерживая мой хмурый взгляд, начал сидевший напротив князь. — Соответственно, теперь мы можем обсудить цену моего выхода из конфликта.
Я медленно покачал головой, внутренне ощущая, как отвращение к нему не уменьшается, а лишь принимает несколько иную форму. Он может и не быть тем человеком, что убил мою мать, но это не делало его лучше как личность.
— Ты хотел уничтожить атомную станцию, психопат! — зло бросил я, в голосе прорезалось откровенное раздражение.
Наумов едва заметно наклонил голову вбок, продолжая смотреть мне прямо в глаза.
В этот момент я поймал на себе взгляд императора: в его глазах отражались схожие переживания — мы оба понимали, что ради спасения империи и близких нам людей, возможно, придётся идти на крайне неприятную сделку с этой самой тварью, которую по-хорошему нужно было просто убить. Ситуация казалась театром абсурда, но увы, именно таков был ход истории, в которую мы все оказались втянуты.
— И уничтожил бы, — кивнул Наумов, ничуть не смущаясь сказанного. — Моей целью было совершить переворот, либо уничтожить действующую власть.
Я скрестил руки на груди, внимательно изучая его лицо. В этом взгляде не было ни раскаяния, ни сожаления, только холодная уверенность в своих словах.
— Но?
Наумов провёл пальцами по вискам, как будто сгоняя накопившуюся за последние сутки усталость, и, выдохнув, продолжил:
— Но многое изменилось, когда мне открылась правда. А именно, кто стоит за финансированием и организацией нашего… сообщества, — он обвёл взглядом присутствующих, как бы оценивая, готовы ли мы слушать дальше, и уже более спокойно продолжил свою речь. — Я думал, что смог убедить одного из демонов встать на свою сторону. Рассчитывал использовать его в своих целях и затем уничтожить. И да, во многом я зашёл уже слишком далеко, желая довести дело до логичного конца. Но внезапно выяснилось, что за Ваалом есть кто-то ещё. Кто-то, кому этот тёмный ублюдок подчиняется, словно покорный раб. Тогда как мои приказы для него — не более чем сотрясание воздуха.
Его слова прозвучали ровно, почти отстранённо. Казалось, он не просто излагал факты, а проживал произошедшее заново. Я задумался.
