2
0
– А кого ты называешь крупными?
– Того же Елизбара Чолокова.
– Динда-Пето?
– Ага. Он кочи, атаман большой шайки, у него бывает крупная добыча. Еще Зелимхан, Дали-Али, Юсуф, Абдурашид Тепкучев, Улухан. Все серьезные абреки идут в Тифлисское казначейство.
– А Трембель ничего не обнаружил! – в сердцах вскричал Алексей Николаевич.
– Кто такой Трембель? – заинтересовался чеченец.
– Начальник особого отдела по полицейской части канцелярии главноначальствующего. Старший над всей кавказской полицией.
Имадин пожал плечами:
– Полиция всегда все узнает последней. Впрочем, у этой, как ты ее назвал, «большой постирочной» высокие покровители. Иначе ее давно бы уже закрыли. Может быть, твой Трембель поэтому ничего не обнаружил?
– Может быть. Я как-то раньше об этом не задумывался… Действительно, множество людей знают об этой возможности, пользуются ею. Ты, извини, не первый головорез на Кавказе…
– Не первый, хвала Аллаху, – поддакнул Имадин.
– …а сам ходил туда разменивать купюры. Но власти ничего не замечают уже много лет. Бывает ли такое?
– На Кавказе и не такое бывает, – осадил друга разбойник. – Русская администрация никогда не знала, как на самом деле живут местные.
– Так, – вздохнул коллежский советник, – кое-что стало яснее. Значит, началось с армян, а теперь там весь интернационал столуется?
– Кто-кто? Слушай, говори понятно!
– Ну, жулики разных национальностей. Ты сказал, есть даже поляки?
– Да, из Варшавы приезжают фартовые. В Тифлисе земляки помогают им выйти на нужных людей. И не только фартовые, но еще… как их? Террористы. Правильно я сказал?
– Правильно. Имадин, вот что я думаю: твои слова к делу не пришьешь. Максимум, кого я могу арестовать, – это кассира первого разряда. И того затем отпустят, потому что показаний одного свидетеля, да еще и опороченного, мало. А требуется взять головку. С ней имеет дело Динда-Пето. Помоги мне его арестовать, и я тут же обращусь к министру. Чтобы тебя послали на войну.
Алибеков ответил без раздумий:
– Этого негодяя мне не жалко. Но как мы его арестуем?"
"– Ты придешь сегодня ночью к Солтан-оглы и скажешь, что выполнил заказ. В доказательство предъявишь мою лошадь с переметными сумами и винтовку.
– Он захочет увидеть труп.
– Скажешь, что бросил его в горную расщелину.
– Хм. Это можно. Вот лошадь, вот оружие русского. Как иначе они могли ко мне попасть? Это можно. А что дальше?
– Солтан-оглы даст тебе пятьсот рублей?
– Нет, конечно. Откуда у него такие деньги?
– Вот! – повеселел сыщик. – Ты заявишь ему, что хочешь получить оплату быстро.
– Понял, – хлопнул в ладоши Имадин. – И потребую сообщить, где сейчас Динда, чтобы я взыскал с него долг. Правильно?
– Молодец. У меня с этим подонком, если желаешь знать, теперь личные счеты.
