2
0– И молодец, что сами провели, без нашего участия.
И добавил, понизив тон:
– Подозреваете Ковалева?
– Я и вас подозреваю, – спокойно ответил коллежский советник.
Трембель вспыхнул, хотел возмутиться, но передумал:
– На вашем месте я бы тоже… Однако как поступим с барыгой? Будем ждать, пока консул нагуляется в Александердорфе?
– Вы не все сказали, что знаете о ней? – насторожился сыщик.
– Не все. Матушникова не просто австро-венгерская подданная. Через нее идут связи с Галицией.
– Польский след?
– Именно. Уже два раза у нее в закладе находили вещи, украденные польскими громилами. Вот я и думаю… В Лодзи в первых числах марта было совершено нападение на почту. Взяли сорок тысяч облигациями, номера серий записаны. Пока они нигде не всплыли. Вдруг их сюда привезли?
Лыков подумал и сказал:
– При чем тут австро-венгерская подданная? Лодзь у нас в империи. Слишком длинный путь – дважды надо пересекать границу, сначала туда, потом обратно. Там же смотрят чемоданы.
– Если «большая постирочная» одна, то имеет смысл.
– Тогда приехали бы российские поляки, а не галицийские.
– А если это для того, чтобы сбить нас со следа? – предположил статский советник. – Мы щупаем своих, а чужих пропускаем.
– Ну… тогда за Матушниковой надо установить слежку.
Трембель расстроился:
– А то вы не знаете?! Нету у нас сыскной полиции, нету. И людей для слежки тоже нет. Прикажете Снитко с Гайдуковым поставить в филеры? Чтобы они меняли друг друга?..
– Моих пограничников можно привлечь. Они ребята бравые.
Начальник особого отдела покачал головой:
– В той местности установить наблюдение не представляется возможным.
– Значит, ждем консула?
– Увы. Полицмейстера тоже можно понять: шкуру снимут с него, а не с нас.
Алексей Николаевич ушел и весь вечер томился черными мыслями. Как быть? Скиба – кукловод или как минимум один из заправил. Но доказательств нет: часы сами по себе ни о чем не говорят. Купил с рук на Солдатском базаре… Его сломались, а тут такая удача; не удержался. Показания помощника пристава Дулайтиса компрометируют Викторию. Здесь тоже все сомнительно: дама была в вуали, лично они не знакомы. Мало ли что могло ему показаться?"
"Думать о том, что Виктория не замешана в аферах, было приятно. И сыщик решил не спешить падать духом. Дознание уже близится к концу. Скоро все тайное станет явным. Тогда и разберемся, кто в чем виноват.
Выспаться коллежскому советнику не дали. В четыре часа утра его разбудил коридорный. Питерец протер глаза: рядом с ним стоял Трембель.
– Карл Федорович! Что стряслось?
– Вставайте, Алексей Николаевич. Матушникову зарезали.
Лыков не стал задавать лишних вопросов. Он быстро оделся, коляска вице-директора помчалась по пустым утренним улицам.
