2
0
Глава 12
Кто друг, кто враг?
Агент полицмейстера Галуст Вартапетянц понравился Лыкову. Молодой, смешливый, глаза умные, не без лукавства. Он выслушал задание и сразу ничего не стал говорить.
– Получите запись в формуляр и наше негласное содействие, – вкрадчиво пообещал Ковалев. – И окажетесь где-нибудь в хорошем месте. Например, в акцизном ведомстве.
– А как быть с судом? Мне ведь придется давать там показания.
Лыков счел нужным вмешаться:"
"– На суде показания негласной агентуры принимаются на веру. Вашего присутствия не требуется.
– Вот как? – обрадовался конторщик. – Но теперешние присяжные поверенные… Они прицепятся и разобьют доводы следствия.
– Вам-то что за дело?
– А! Тогда потащат меня в открытое судебное заседание. Тут и конец.
– Не было еще такого случая, – отрезал питерец. – Прокурор заслушает, этого не избежать. А в открытом заседании… Подобного можете не опасаться.
Агент успокоился и стал задавать вопросы по сути:
– Значит, мне надо подглядеть, как всовывают меченые деньги?
– Да, – ответил Ковалев. – Формально вы поступите счетным чиновником, но придете на место кассира. Нам достоверно известно, что он участвует в мошенничествах. Конечно, вам ничего подобного эти люди не доверят. Вы временный, вы чужак. Но краем глаза что-то можно увидеть. Подозрительные посетители, странные разговоры… Например, вас выставят за дверь, когда начнут раскладывать купюры по пачкам… Постарайтесь запомнить, куда пойдут эти пачки – мы их перехватим и проверим. Вот ваша задача.
– Понял. А как я буду поддерживать с вами связь?
– Простые отчеты оставляйте у домохозяина. Он предупрежден и не выдаст. А вот если случится что-то экстраординарное, требующее немедленного доклада, то на углу Александровской и Маликовской есть чайная. В ней половой Федор, он наш человек.
Вартапетянц кивнул, запоминая. Потом спросил:
– Меня представят родственником Адельханова?
– Дальним. Но хлопотать за вас будет именно он.
– Большая честь побыть хоть фиктивным родственником такого человека.
– Ну вот и договорились.
Полицмейстер отпустил агента и занялся шашлыком.
– О, Алексей Николаич, попробуйте! Сирбиладзе превзошел сам себя. Еще кахетинского?
– Давайте. Как вам разговор, Георгий Самойлович?
– Вроде неплохо. Парень честолюбив, ему хочется уйти от фабрикации мыла и свечей. Пусть потрудится. А что боится огласки, так это понятно.
– Агентуру мы не выдаем, пусть усвоит, – с нажимом сказал сыщик. – Когда начнем внедрение?
– Прямо сейчас.
Полицмейстер щелкнул крышкой часов.
– Едем к Адельханову, он нас ждет. Вы уж, Алексей Николаевич, сделайте лицо пострашнее. Чиновник особых поручений из Петербурга, правая рука Плеве…
Особняк одного из самых богатых жителей Тифлиса находился в Ортачалах.
