3
0Вечером на Норийском подъеме у дома Майсурадзе нашли покойника с колотой раной в груди. А утром в Нахаловке, в карьере, где добывали камень и землю для мощения улиц, – второго. Снитко загрустил. На вопрос коллежского советника он ответил:
– Первый-то был просто вор, казнили по подозрению. А второй – мой освед. Тот самый, что прознал насчет именин.
– Безвуглый его вычислил?
– Похоже на то. Быстро сообразил, скотина. Теперь никто слова не скажет, урок получили.
И действительно, после двух убийств все как воды в рот набрали.
Не дал ничего и допрос есаула. Гайдуков избил его до полусмерти, без всякой жалости. Мерзавкин мочился кровью и впадал в забытье, но атамана не выдал.
Поиски шли неделю. Жулики всех мастей начали разбегаться из города. Полиция не успокаивалась. Городовые, в отместку за раненого товарища, спуску не давали. Воров и грабителей, попавших в облаву, приводили едва живых. Во дворе губернской тюрьмы спешно строили новый барак – сажать арестованных было уже некуда. И напряжение стольких дней дало результат.
Однажды Снитко явился с загадочным видом. И попросил собрать, как он выразился, весь полицейский кагал. Ковалев с помощником, Лыков и Гайдуков расселись и хором воскликнули:
– Ну?
– Нашелся, собачий сын!
– Где он?
– В Колючей балке.
– Я с самого начала предполагал, – радостно возопил околоточный, хотя никто от него в последние дни такого не слышал.
Полицмейстер нахмурился:
– Колючая балка большая. Запереть ее сил не хватит. Точное место известно?
– Не такая она и большая, – возразил коллежский секретарь. – Запрем как миленькую. А место известно приблизительно.
– То есть? – не понял Лыков.
– Ванька Безвуглый прячется в доме Гургенбекова.
– И что?
– А то, Алексей Николаевич, что никто не знает, где этот дом стоит. Вся слобода, как я говорил, незаконная. Разрешений на строительство нет. Двести домов, без плана, кто где вздумает…
– Обложить целиком, чтобы мышь не выскочила, и идти сплошной облавой, – предложил Гайдуков. – Начнем спрашивать – люди расскажут, где этот черт проживает.
Ковалев запросил адресный стол. Оказалось, что в Тифлисе числятся аж три человека с такой фамилией. Но, как и следовало ожидать, ни один не прописался в Колючей балке.
Лыков изучил план, потом, загримировавшись, отправился на место. Уголовная республика приняла сыщика неприветливо. Как только он спустился от Артиллерийской слободки вниз, к началу оврага, его остановили два оборванца.
– Ты кто?
– Да вот, ищу, где приткнуться. Фараоны замучили, всех гребут без разбору, а у меня пачпорта нету.
– Иди, откудова пришел! Здесь для сброда местов не запасено.
Алексей Николаевич пытался договориться: мол, он поищет и все, никого не обеспокоит, а за погляд готов уступить полтину караульщикам.
