Подняв веки, она увидела, что из маленькой глазницы монстра, которыми он всё ещё пялился прямо на неё, торчит теневой кинжал."
"А ещё полсекунды спустя, она оказалась прямо на руках у главы их клана. Максимилиан Рихтер прибыл сюда собственной персоной, чтобы спасти их.
И, если сначала эта мысль отозвалась в ней огромной радостью, то потом уступила место настоящему ужасу.
Все знают, что случается с теми, кто не выполняет приказы главы. И, пока Ольга играючи добивала броненосца, швыряя его по поляне, как футбольный мяч-переросток, Каролина уже упала перед своим главой на колени и взмолилась:
— Прошу вас, господин Максимилиан! Пожалуйста, не наказывайте этих дураков! Умоляю!
Глава 21
— Прошу вас! — продолжала просить за своих товарищей Каролина, — я готова ответить за всё вместе с ними, только пожалуйста, смягчите положенное наказание!
Каролина вся дрожала, от этого даже сухие листья под её коленями хрустели словно бы сильнее.
Я вполне понимал. В мирное время за подобную выходку, парни вполне могли потерять, если не жизнь, то свободу. За подобное самоуправство, которое поставило под угрозу жизни представителей клана, они вполне могли быть приговорены к «рабской печати».
И пускай теми самыми представителями клана были они сами. Их жизни были ценным ресурсом и принадлежали не им самим — но и всему роду.
Но было наказание даже хуже. Быть изгнанными из собственного клана.
И дело не только в дисциплине. Если честно, то зачастую я, как и другие облеченные властью Рихтеры, был склонен прощать некоторые нарушения правил, если нарушители действовали в интересах клана, и всё заканчивалось успехом.
Просто потому что никакими правилами невозможно учесть все ситуации.
Другое дело, что для принятия подобных решений, надо трезво смотреть на вещи и отдавать себе отчёт в том, на что ты действительно способен и какие риски готов на себя взять.
Соответственно, если нарушение дисциплины приводило к какому-то урону для клана, то и судилось оно по всей строгости.
Так что в реакции Каролины нет ничего удивительного. Её одноклассники вместо успеха, достигли совершенно обратного результата, и она ожидала, что сейчас последует немедленная кара.
Но меня пока больше интересовало состояние Романа. Парню изрядно досталось, это было видно даже издалека. Так что я жестом приказал Каролине встать, а сам пошёл туда, где Марк, на краю поляны из последних сил защищал полумёртвого друга от прыгунов и летяг.
А то, что Роман уже при смерти я понял сразу, как только его коснулся.









