3
0
– Не стоило, пытать детей! – прорычал Эллохар, увеличивая когти. – Не стоило, убивать Тьму. Мать все же! – когти расширились, лезвиями кромсая тело жреца. – И зря, малыш, ты бросил вызов мне!
«Отступай, – голос деда прорвался сквозь пелену ярости. – Отступай, Рэн, он полубог!».
«Мне нравится формулировка, на счет – полубог. Разделю на две половины, и званию станет соответствовать!»
«Отступай, – не согласился дед. – Послушай, меня, Рэн, я…»
Принц Хаоса не слушал – движение руки, и сердце Таэлрана перестало биться, искромсанное когтями высшего демона.
– Нравится? – язвительно поинтересовался Эллохар.
Таэлран не ответил, захрипев от боли.
– Неприятно, да? – участливо поинтересовался демон. – А над детьми издеваться было приятно?
Коготь мизинца медленно прорвал легкие, затем с хрустом сломал ребро.
Взвыв, Таэлран попытался призвать Тьму.
«Прекрати, – потребовал Арвиэль у внука. – Бога можно убить, лишь испепелив его сердце».
«Да ничего, и так справлюсь, – усмехнулся Эллохар».
Пауза, и Арвиэль тихо произнес:
«Остановись, отойди, я просил не ближе чем двадцать шагов, Рэн!»
«Дед, прекрати психовать, я просто расчленю его на части, потом отойду хоть на сто»."
"И властитель Ада понял, что может помочь лишь одним:
«Дыши, Рэн!»
Демон мотнул головой, словно пытался стряхнуть с себя предупреждение и захрипел.
Таэлран не понял, что произошло, просто в какой-то момент боль прекратила нарастать и потекла по когтям демона черными тягучими каплями Тьмы. Эллохар захрипел, дернулся, но не отступил, ломая тело полубога.
Демон и полубог!
Огромный крылатый монстр и золотоволосый смуглый дроу, казавшийся сейчас сломанной куклой…
Лишь казался. Таэлран сам не мог понять, откуда вдруг взялись силы, откуда пришла мощь, но тело, неожиданно отяжелело, отросшие в мгновение руки ударили демона. Вроде легко, лишь пытаясь оттолкнуть… А удар снес монстра на сотню шагов, оставляя Таэлрана упавшим на колено, и обнимающим вспоротую грудь, в попытке остановить кровотечение…
А вместе с силой пришла злость! Невероятная, неистовая, чуждая ему ярость, которую Золотой никогда прежде не испытывал! Ярость самой Тьмы!
Но Кахейтис даже не смог осознать этого в полной мере, как ударил огонь – в бой вступил Тьер. А затем, не успевшего прийти в себя жреца, ударил спикировавший с неба СеХарэль. Взмах сверкнувшего от всполохов пламени меча и ноющая болью грудь пробита насквозь пылающим клинком. Таэлран упал, а подняться ему не позволили – Арвиэль ударил черными песками Хаоса, и те, словно клинок, перерубили тело Золотого надвое, оставив полубога орать от невыносимой боли…
– Что-то мне это все не нравится, – вдруг прозвучал совсем рядом грубый голос высшего демона.
