9
0
Она присела на корточки перед Кицуней."
"— А как зовут это милое создание? — она аккуратно погладила его по голове, отчего тот упал на спину и подставил пузико. Вот маленький ловелас.
— Фокс Кидс.
— Кицуня, — ответили мы с Лорой хором.
— Значит, Кицуня, — она аккуратно провела по животику и лисенок захрюкал от удовольствия.
— Вижу, мое имя вообще никому не нравится? Оно же чисто рокерское, — огорчился Саша и посмотрел на меня. — Если вкратце, Лев Николаевич старой школы. Очень старой. Эта информация не то, чтобы секретна, но просто о ней не распространяются. Сомневаюсь, что половина деревень и городов в округе догадывается, кому принадлежит княжество.
— Разве такое возможно? — удивился я. — Как же он решает все политические и прочие дела?
— Этого я не знаю, да мне и не интересно, но у него большое влияние в высшем обществе, — он огляделся. — Ну вот он любит так жить, что делать.
— Разве он не боится, что его могут убить? — вокруг дома не было даже хлипенького заборчика для скота.
— Ха, такого попробуй ранить… — многозначительно сказал Есенин и пошел в дом.
— И в итоге, вопросов меньше не стало, — удивилась Лора. Она уже прониклась деревенской жизнью, и стояла в платке, сарафане и переднике.
Нас очень сытно накормили. Пирожки, салаты, суп. Все ингредиенты с грядок. И даже мое ускоренное пищеварение в какой-то момент просто отказалось помогать.
— Лев Николаевич, теперь можем поговорить? — спросил Саша, откидываясь на спинку стула и расстегивая верхнюю пуговицу штанов.
— А чего говорить? — удивился он. — Оснащение я вам дам, оно готово, как всегда, проход, как обычно, открыт.
— Хорошо, благодарю, — кивнул Саша.
Софья Андреевна поставила перед каждым по литровой кружке чая и по огромному куску вишневого пирога.
— О, вот это уже другое дело! — улыбнулась Дункан.
— Я помню, ты говорила, что для сладкого, всегда найдется отдельный желудок, — подмигнула добрая бабушка. — Саша, Миша, а вы чего в эти кожи нарядились? Разве вам не жарко?
— Мы рокеры, Софья Андреевна, — лениво сказал Есенин и показал козу.
— В прошлый раз было что-то другое, — задумалась она.
— Хипстеры, — поправил Толстой. — Ладно, докушаем и спать. Утро вечера мудренее. Заодно прогуляемся с вами в Зону.
— Но мы бы… — начала Дункан, но встретившись с взглядом Льва Николаевича, передумала продолжать и только добавила: — У меня нет пижамы…
— У меня много чего есть, — подмигнула Софья Андреевна.
В итоге мы договорились, что останемся у них до следующего вечера, а потом пойдем в Зону. Также Лев Николаевич попросил помочь ему по делам днем, так что выбора нас не было.
