9
0
— Боюсь, что есть, — я перегороди им путь. — Сейчас всех постояльцев расселили в ближайшие гостиницы, и мы бы хотели вас попросить…
— О, как хорошо! — обрадовалась девушка. — Тогда мы за документами и обратно.
Тут подошли и Есенин с Дункан. Все же они не хотели, что-бы кто-то пострадал.
— Я пойду с вами, так будет спокойнее, — вышла вперед Дункан.
— С чего бы это? — возмутилась девушка, стягивая шарф.
Миловидное раскрасневшееся личико, аккуратный носик и большие карие глаз. Волос не видно, но выбившаяся прядка была светлая.
— Вы хоть знаете, кто я? Мирабелла Винтервайс! Я оперная певица! Между прочим, мировая звезда! А судя по вашему виду, вы не работаете в гостинице! Так что, извините, я бы хотела подняться к себе в номер только со своим молодым человеком.
Они зашли вдвоем в лифт и двери закрылись.
— Может, ну их нахрен? Пусть дохнут? — фыркнула Дункан. — Что за напыщенная дура!
— А мне она понравилась, — вздохнул Есенин.
— И мне, — кивнул я.
Дункан только раскраснелась и обвела нас подозрительными взглядами.
— Жируху какую-то приметили! — рассердилась она. — Я удивлена, господа.
Ничего не оставалось делать, кроме как вернуться в холл под смех Екатерины Петровны. Уж она повеселилась с нашего упрашивания покинуть помещение.
— Надо было оставить начальника охраны, — сказала она, когда прекратила смеяться. — Он- то уж точно куда лучше в таких вопросах.
— Ага, а еще мне кажется, что они бы послушались царицу Российской Империи, — ответил я улыбкой.
— Вот еще, — фыркнула она, скрестив руки на груди. — Царица будет просить у каких-то непонятных личностей? Не хотят — их проблемы.
"— Мужик странный, — подметила Дункан. — Сказал, что нет пожара. Угадал?
Мы бы могли еще ругаться, но свет в отеле погас.
— О, а вот и гости! — радостно закричал Есенин, и его голос эхом пронесся по залу.
Тут и телефон у царевны неожиданным образом зазвонил.
— Надо же, — улыбнулась Лора, стоя у входа и выглядывая на улицу. — Ненадолго выключили глушилки.
Екатерина не спешила отвечать. Она проверила все доспехи, поправила прическу и только после этого взяла трубку.
— Слушаю.
— Ну что, Романова, решила, что твоя фамилия делает тебя неуязвимой? — раздался скрипучий старческий голос ярла Климента.
— Так-то да, — невозмутимо ответила она, и перевела звонок на громкую связь. — А ты что, все же пришел? Заходи, двух своих старых пердунов возьми, поболтаем.
— Ха, дура, думаешь, мы купимся на это?
— Честно говоря, думала, что да. Все же интеллектом вы не обладаете, так что и ожидать от вас чего-то сверх интересного не стоит, — она улыбнулась.
