Таран

Парень что-то жарко шептал подруге на ухо, а она механически кивала, едва переставляя ноги на высоких каблуках. Глаза у обоих то ли слезились, то ли сверкали нездоровым блеском. Уже купили порошка и скоро окажутся на вершине блаженства.

Наташе захотелось броситься на них, отобрать добычу и бежать, бежать без оглядки. Но сколько способна пробежать девушка, мышцы которой сводят судороги? Десять метров? Пятьдесят? Сто? Лучше не экспериментировать.

Набросив на лицо фальшивую улыбчивую маску, Наташа приблизилась к старенькой «Мазде» с открытыми окнами. В салоне играла музыка. «Мечтаю, улетаю, таю», – гнусавил неизвестный певец. Вот кто не думает по утрам, на какие шиши приобрести порцию счастья. Мечтает, улетает, тает. А попутно кропает бездарные вирши и записывает песенки, которые крутят по радио.

– Привет, – сказала Наташа, заглядывая в машину."

"Внутри сидели братья Карелины, распространяющие наркотики в этом районе. Поодаль стояла полицейская «Газель», а в дальнем конце переулка – еще одна легковушка, черная, с тонированными стеклами. Наверное, братьев охраняли не только полицаи, но и бандиты. А может, и не охраняли вовсе, а тоже приезжали за своими дозами. Наташу это совершенно не волновало. Еще ни разу не случалось, чтобы кого-нибудь арестовали в известном всем наркоманам переулочке.

– Чего тебе? – спросил Карелин-старший из «Мазды». – Колес? Кокса? Герыча?

Он разговаривал, почти не шевеля губами, и беспрестанно шмыгал носом.

– Да, – сказала Наташа. – Герыча. Разовую порцию.

– Бабки. – Карелин подставил ладонь.

– Мне в долг.

– Чего-о?

– В долг, – заторопилась Наташа. – Ты ведь меня помнишь? Я часто здесь бываю. Отдам завтра.

– Или послезавтра, – поскучнел Карелин. – Или послепослезавтра. Вали отсюда, дешевка. На паперти побирайся.

– Погоди. – Сидящий на соседнем сиденье брат наклонился и вытянул шею, чтобы хорошенько рассмотреть девушку. – Тебя как звать?

– На… Наташа.

– Фамилия как, «На-наташа»? – прикрикнул Карелин-старший, быстро переглянувшись с братом.

– Белова.

Братья снова обменялись взглядами.

«Зачем им понадобилась моя фамилия?» – отстраненно удивилась девушка и тут же позабыла об этой мысли. В голове вертелась другая, гораздо более важная.

Уколоться, уколоться, уколоться!

Младший Карелин поднес к уху мобильник. Старший сделал музыку погромче и высунулся в окно, заслонив брата плечами.

– Завтра отдашь, говоришь? – осведомился он.

– Да, – соврала Наташа не моргнув глазом. – Утром.

– Или днем, – кивнул Карелин-старший. – Или вечером в четверг. Сразу после дождичка.

– Клянусь!

– Знаешь, сколько мы тут клятв выслушиваем?

– Ладно, не напрягай девушку, – это произнес Карелин-младший. Он выбрался из машины и сочувственно смотрел на Наташу поверх лаковой крыши.