Танкист-штрафник (с иллюстрациями)

Помогло то, что на подходе к городу не было вспаханной земли, целину не успели размесить колеса и гусеницы. Комбат вывел роты на заранее присмотренную дорогу, посыпанную щебенкой. Фрицы ее, конечно, держали под прицелом, но мы мчались по ней со скоростью шестьдесят километров, выжимая из отремонтированных и новых двигателей все, что можно. Это была сумасшедшая гонка, с резкими поворотами, непрерывным огнем из пушек и пулеметов. Хорошо, помог первый батальон, выскочивший во фланг и уничтоживший несколько орудий.

Мы прорвали оборону. Рыжий Витя Иванов оказался лихим механиком.

Когда машина завалилась кормой в траншею и стала сползать на дно, он хорошо газанул, одновременно выворачивая танк в нужную сторону. Мы выскочили наверх, как пробка из бутылки. Догнали «тридцатьчетверку» из третьего взвода и неслись бок о бок прямо на орудийный окоп.

Противотанковая «гадюка» с длиной ствола три с половиной метра была почти целиком прикрыта бруствером. Ствол полз по горизонтали, выбирая цель. Смертельная лотерея. Кого выберут артиллеристы? Два раза они выстрелить не успеют, но на расстоянии восьмидесяти метров не промахнутся.

Да еще в казеннике наверняка кумулятивный, смертельный для нас снаряд.

– У-ей, – простонал Кибалка.

Он шкурой ощущал, как вспыхнет именно наша коробочка, и мы будем гореть живьем, пока не рванет боезапас. У Легостаева опять заклинило пулемет, а я не мог поймать в прицел «гадюку», потому что танк подкидывало на буграх. Немецкий наводчик выстрелил в танк третьего батальона и, конечно, не промахнулся. Мы пролетали последние метры, услышав взрыв за спиной, крича от возбуждения, боли от огня, который должен был спалить нас, но сжигал волей судьбы наших товарищей.

"

"Мы протаранили колесо пушки, под гусеницами хрустнули станины и чье-то тело. Расчет выскакивал в разные стороны. Мы упустили его, пока перемалывали гусеницами пушку и выбирались из окопа. Тягач, в который прыгали артиллеристы, оказался в полусотне метров. Я успел лишь полоснуть в его сторону пулеметной очередью и разворачивал башню в сторону соседней пушки. Выстрел! Мы поражали на учениях цели такого размера на пятьсот метров, но бой – это совсем другое.

Танк клюнул носом в отсечный ход сообщения, толчок сбил прицел.

Через такие ходы, вырытые землеройными машинами, немцы за считаные минуты покидали позиции или занимали свои места после артобстрела. Ход был довольно широкий, покрытый маскировочной сеткой и пучками травы, мы не заметили его вовремя. Опять нас выручил опыт механика-водителя. Он резко сдал назад, разогнался и перескочил через ров.

Кормовая часть машины на секунды зависла в воздухе, обваливая край траншеи.