3
0
Резкая боль пронзает меня насквозь.
Перед глазами темнеет. Вот так. В один миг…
— Плохо? Оля? Тебе плохо?
А меня уже скручивает от нового приступа боли. И… Что-то горячее течет по ногам!
— Ириночка Олеговна! Ирина!
Как сквозь вату, слышу голос Маринки. Так далеко…
— Ну что тут у вас? А? Елка, что ли, свалилась? Охххххх…. Оля!
— Ириночка Олеговна! У нее воды отошли!
— И что теперь делать? Василий не сможет выехать! Дороги замело, а за окнами настоящий буран! О, Господи! Валя! Валя!
— Что нам делать, Ирина Олеговна?
Я проваливаюсь куда-то в темноту. Слышу все издалека. На заднем плане. Как будто все не со мной…
Только чувствую, меня куда-то тащат. Мир вертится перед глазами, иногда вспыхивая новым ударом боли.
— Валечка, дорогая. Неси все, что нужно.
— Но… Я же не акушер! Я просто педиатр! И условия у нас в медпункте! Не те!
— Валя! Неси давай! Времени нет! Будем принимать роды здесь! Без вариантов! Василий! Да что же ты! Неси ее аккуратнее!
— Держись. Держись, Олечка. Держись! Дыши! Оля!!!!!
И я держусь. Хоть плохо понимаю. Что происходит. Куда-то все время проваливаюсь. Боль отдается перед глазами красными вспышками.
Нет. Я не смогу. Не смогу!
— Можешь! Можешь! Давай, Оля! Тужься!
Мне кажется, я умру. Вот сейчас. Вот в эту вот метель.
«Давай сбежим отсюда»
Так и слышу в голове его бархатный голос.
И я очень. Очень хочу отсюда сбежать! Из этой реальности, в которой он целует другую, сверкая обручальными кольцами!
— Оля! Ты можешь! Давай! Вернись к нам!
Меня похлопывают по щекам, и боль снова возвращается.
— Не могу. Я просто не могу, Ирочка Олеговна.
Бессильно падаю на подушку после очередной дикой схватки.
— Это еще что за бунт? Ты моя воспитанница! А все воспитанницы обязаны меня слушаться!
Командным голосом звенит Ирина Олеговна.
Она вырастила нас. Управляла детским домом, когда я еще здесь росла. Все ее боялась и не смели ослушаться!
— Не… Не могу!
— Можешь! Ты все можешь! А теперь давай! Тужься! Ну! Еще разок!
— Девочка!
Оглашает победным голосом Ирина Олеговна.
И тут же раздается уверенный громкий крик.
— Смотри, какая хорошенькая?
— Девочка?
Изумленно переспрашиваю, поднимая вверх почти невидящий взгляд.
— Должен же быть мальчик…
И обо всем забываю, когда мне укладывают мою малышку на грудь.
Слезы текут, заливая шею.
Маленькая моя. Красавица.
Глазки какие нереальные. Серые. Уже с волосиками. Черным, вьющимися.
— Принцесса! Ты молодец, Оля, — Ирина Олеговна гладит меня по голове. Утирает пот со лба.
— Видишь. Ради этого чуда стоило потерпеть!
Стоило.
С первого взгляда понимаю, что все на свете бы прошла ради нее! Вот она. Моя вечная, самая сильная любовь! Мой настоящий центр мира! Всей моей вселенной!
— Как назовешь?
— Марта. Как мою маму.
Шепчу, поглаживая крохотные ножки малышки.
А еще… Еще мы ее зачали.
