Тайная жена

 – Значит, мне и Урсуле являлся призрак Гвендолин, которую, наверное, терзали какие-то адские силы, а вовсе не какой-то там насильник. Умерла!»

– Вы… в этом уверены? – нерешительно спросила она.

– Как я погляжу, вы и впрямь всерьез озабочены проблемами Маккол-кастла, – криво улыбнулась Джессика. – Ох, это все такая путаница! Но можете не сомневаться: Гвендолин мертва. В этом я убеждена так же, как в том, что сейчас говорю с вами. Я даже знаю, где покоится ее тело.

– Откуда? – вскинула брови Марина, и Джессика повторила ее движение:

– То есть как это – откуда?! В монастыре мне показали ее могилу, вот и весь секрет.

– А ребенок?

– Разумеется, он похоронен там же. И если я всплакнула, стоя над тем бедным холмиком – а видит Бог, я не смогла сдержать слез! – с выражением стыда на лице воскликнула Джессика. – То не над прахом Гвендолин, а лишь над этим бедным малюткой, который… Понимаете, – она вскинула измученные, тоскливые глаза на Марину, – ведь если бы Алистер погиб уже после того, как мы с ним поженились, и пусть бы я даже не успела зачать… я могла бы взять ребенка Гвендолин и воспитать его как своего сына или дочь.

– Дочь… – эхом отозвалась Марина, и у нее вдруг мурашки побежали по спине от внезапной догадки. – Дочь!

– Что – дочь? – обеспокоенно глянула Джессика.

– Ох, не знаю! – возбужденно пробормотала Марина. – Не знаю, но…

– Но – что? – повторила Джессика.

– Это бред, конечно, я даже не уверена, стоит ли говорить…

– Не уверены – так не говорите. Но это нечестно – делать намеки, а не говорить! – надулась Джессика. – Да я уже умираю от любопытства.

Марина глубоко вздохнула.

Эта невероятная догадка так и распирала ее, она уже не смогла бы промолчать, даже если бы и захотела!

– А что, если ребенок Гвендолин вовсе не умер? Что, если Флора взяла его, в смысле – ее, и выдала за свою дочь? – выпалила она.

– Но тогда бы у Флоры было двое детей, а у нее лишь одна дочь, – пренебрежительно ответила Джессика, и вдруг глаза ее расширились: – Вы имеете в виду, что…

– Ну да, да! – нетерпеливо воскликнула Марина. – Умер на самом деле ребенок Флоры! Тогда вполне понятно, почему Джаспер так охотно признал девочку за свою и не бросил Флору.

Ведь это вовсе не дочь какого-то там крестьянина, как вы говорили, или фермера, или кого-нибудь еще. Это дочь…

Она прикусила язык, с жалостью глядя на Джессику, лицо которой приняло прежнее измученное, тоскливое выражение.

– Нет уж, вы договаривайте! – выдавила она с усилием. – Вы ведь хотели сказать, что это дочь его родного племянника Алистера, да?

Марина кивнула, чувствуя себя – глупее некуда. Черт бы побрал ее с этой догадливостью и болтливостью.