5
0
Стон, донесшийся из стены, выражал даже не разочарование, а такой ужас, что у Марины сердце сжалось от невольной жалости. Похоже, леди Элинор возлагала какие-то надежды на эту ночь, и ее жестоко потрясло, что они оказались призрачными. Впрочем, призраку призраково…
Затаив дыхание, Марина ждала. Она надеялась, что разочарованное привидение уберется восвояси. Тело затекло от неудобной позы и от тяжести бесчувственной Урсулы. Она шевельнулась, невольно охнув, когда мурашки вцепились в замлевшую ногу, – и тут же вновь обратилась от ужаса в соляной столб (если, конечно, бывают сидячие столбы), услышав голос из стены:
– Кто здесь? Кто это?
Настырный, однако, попался призрак! Марина разозлилась – и неожиданно для себя ляпнула с изрядной долей наглости:
– Леди Элинор!
И тут же, испугавшись собственной смелости, так и сжалась, прикрывая собой недвижимую Урсулу, ожидая, что сейчас раздвинутся стены и оттуда, сверкая очами и грозно воя, вырвется адская сила, оскорбленная тем, что кто-то присвоил ее имя… ожидая, словом, чего угодно, только не тихих всхлипываний, которые вдруг донеслись из-за стены, и не шепота, исполненного последнего отчаяния:
– Боже! Боже, сжалься надо мною!
В тот же миг Урсула шевельнулась, что-то пробормотала, приходя в себя… Не раздумывая, Марина опустила тело, к которому возвращалась жизнь, на пол и, бесшумно поднявшись, отступила в узкую, как гроб, нишу, оказавшуюся в стене.
Урсула приподняла голову, попыталась сесть, но охнула, схватилась за голову.
– Урсула? – оживился голос. – Урсула, отзовись!
– Тише, тише, моя девочка, – с усилием отозвалась старая дама. – Успокойся, я здесь.
– Урсула, слава богу! – Неведомая обитательница стены едва не плакала от облегчения. – Здесь кто-то был! Кто-то говорил со мной!
– Говорил? – Урсула так и подскочила. – О господи! О господи, Гвендолин! Как ты могла быть такой неосторожной?! Ты выдала нас!
– Я… я услышала чьи-то шаги, потом грохот… он, чудилось, разнесся на много верст вокруг, его услышал даже Алан и бросился наутек.
– Ну да, я упала, – недовольно призналась Урсула. – И проклятый фонарь… от него остались одни осколки. Ужасно глупо, но мне почудилось, что кто-то схватил меня сзади за платье. Это было так неожиданно, что я чуть не умерла от страха! Значит, кто-то был. Но кто, кто? Он назвался?
– Это была она! – выкрикнула женщина из-за стены.
– Она?.. – переспросила Урсула, и даже в зыбком лунном свете Марина смогла разглядеть, что ее и без того бледное лицо еще больше побледнело.
