4
0Должность, которую мне предложили, это качественный рост, в том числе в социальном статусе и в зарплате. Но даже не в росте дело. Это мое призвание, моя жизнь и мое дело, реализация моих способностей, то, к чему я всегда стремился.
– И что? – нисколько не впечатлилась Галина его речью. – По-твоему, этого достаточно, чтобы я уехала из Москвы?
– Ну не хочешь, не уезжай, – озвучил Югров самый простой выход, который обдумывал про себя в числе прочих возможных. – Если для тебя до такой степени невозможно уехать их столицы, давай разведемся, и оставайся в Москве.
– То есть ты… – Галина даже застыла от захватившего ее беспредельного негодования, – ты хочешь сказать, что твоя работа тебе дороже, чем я? Что из-за какой-то там гребаной работы ты готов со мной расстаться и разрушить нашу семью?
В этот раз Югрову хватило осмотрительности не отвечать, придержав в себе подтверждающий ее предположение ответ. Впрочем, его ответы по большому счету Гале были не нужны и неинтересны, на все вопросы она с большим успехом отвечала сама, взяв на себя труд разговаривать за двоих.
Она кричала, обвиняла, швыряла в сердцах вещи, била посуду, объясняя Югрову, какая он неблагодарная сволочь, и дрянной муж, и идиот полный, который до сих пор не понял, как ему свезло необычайно, что она снизошла до такого быдла и нищеброда, как он, и так далее, так далее… Бушевала около часа. Потом резко собралась и уехала к родителям.
Честно говоря, Игорь облегченно выдохнул – «с возу», ну и ладно.
На новое место назначения Югров убывал в одиночестве. После того скандала Галя так и не вернулась, предоставив Игорю самому разбираться со всеми бытовыми вопросами – рассчитываться с хозяевами квартиры, собирать вещи и перевозить их по двум адресам: Югрова к маме домой, Гали – к ее родителям.
Но на развод ни он, ни она так и не подавали. Игорю, занятому переездом и всеми связанными с ним заморочками, было не до того, а вот она… Бог знает почему.
Через три месяца после водворения и обустройства Югрова на новом месте, без всякого предупреждения или хотя бы намека на таковое, как снег на голову, Галя объявилась на пороге его нового жилища – просторной квартиры в новострое, выделенной заводом.
Как выяснилось позже, тот самый дядька Галины, что служит в мэрии Москвы, пожурив племянницу за недальновидность, с которой она разбрасывается достойными мужьями, объяснил племяннице простую, чиновничью истину. Что ее Югров все абсолютно правильно делает: поработает несколько лет на производстве и попрет в гору, дальше карьеру строить, как по маслу, – хоть крупным производством руководить, хоть в политику двинет.
