2
0
Он размазывает масло между полушариями, глядя в глаза очень внимательно, наклоняясь к самой вершине груди, масла на которой не оказалось. Скользит по животу рукой, а губами почти касается сухого, но твердого соска.
Но я не могу окончательно расслабиться, мне нужно знать, что он ответит, хоть что-то на мой нелепый вопрос."
"— Я подарил тебе свободу. — Пальцами одной руки стягивает с меня белье, медленно, тягуче. Раздвигает ноги, вклиниваясь между, становясь еще ближе, еще опаснее, обнажает член, покачивающейся стрелой направленный на меня. И я не могу не смотреть. Не видеть, что его член все так же идеален в напряжении, тверд, великоват. Особенно пугающ вблизи выпуклыми венами и крупной головкой. — Теперь я заберу ее назад.
— Артур…
— Да, Диана, я скучал. — Он жалит сосок ртом в тот же момент, как его шпага до предела меня пронзает, разя исключительным восторгом проникновения.
Глава 18. Диана
Сколько дней я старалась про него не думать, сколько раз говорила, что сны с ним — лишь кошмары. Что чувства к нему — лишь фантомная боль, что однажды стихнет под пластом времени, исчезнет, как исчезает рано или поздно все.
И, наверное, так бы оно и случилось, возможно, случится, но сейчас все настолько реально, настолько сильно, что в груди рождается новая сверхзвезда, способная поглотить все то, что было раньше.
А возможно, это просто анестезия. Временное помутнение, пока Артур стоит надо мной. Пока его член во мне, пока руки, что принесли мне столько сладкой боли, стискивают бедра, чтобы проникать глубже. Резче. Чтобы каждое ощущение было оглушительным. Чтобы в мозгу был свет и звали его Артур.
Я больше не принадлежу себе.
Кажется, все тело превратилось в глину, управлять которой может только один гончар.
Идеальный, великолепный со своим поджаром телом, взвитыми как канаты мускулами.
И ему не нужно снимать одежду, чтобы это продемонстрировать, это в глазах.
В омутах, что таят в себе страсть и алчное желание все контролировать, подчинять.
И нет радости больше сейчас, чем быть той, кого он хочет. Быть той, кого он контролирует.
Чувства, желания, стремления.
Более того, удовольствие, которое сейчас плещется во мне, словно прохладное шампанское с кубиками льда.
Его член то толкается в меня до самой матки, то выходит, демонстрируя, как покрыт прозрачной влагой. Настолько пошло, что лицо краснеет от жара.
И я чувствую его, чувствую, как скользит во влагалище твердая плоть. Как меня разрывает от эмоций и жажды испытывать это снова и снова.
Его.
Внутри себя.
Так глубоко, так нежно.
Его движения размеренные, взгляд скользит по телу, руки отпускают бедра, потому что меня нет больше надобности держать. Меня даже можно не связывать, потому что сопротивляться больше нет смысла.
