4
0Андрей
За 2 дня до последних событий
В четыре утра снова открываю глаза… Как и час назад… А до этого ещё с раз пять…
Долбанная бессонница… Взбиваю подушку кулаком.
Человеческая натура такова, что к хорошему быстро привыкаешь. Вот я и втянулся спать только дома. Хотя до этого целых пару лет протирал диван в офисном кабинете. Разница только в том, что привык-то я спать с ней. И она привыкла. Знаю, что тоже не спит. Мается. Но ни за что не скажет об этом.
Она сильная, моя девочка.
Проучить решила. Блядь. Серьёзно?! Я ни грамма не жалею о собственном поступке.
О том, что, нажав на кнопку, отправил транш на её кредитный счёт?
Нет.
О том, как она узнала об этом?
Да! Тысячу раз!
Если такая ситуация повторится, я поступлю равным образом, применив при этом чудеса неординарной изобретательности, чтобы признаться в этом в моменте. Предварительно, конечно, запастись бы огнетушителем… Пожалуй, даже двумя…
Мой жизненный опыт говорит об одном. Люди не меняются. Настя всегда была сверхимпульсивной, порывистой, склонной действовать под влиянием внезапного побуждения. Глобально ничего в ней не поменяется. Время, конечно, сгладит самые острые углы в оттенках характера.
Вернув её в свою жизнь, я просто смирился с этой мыслью.
И она смирится. Не сразу. Со временем. Свою позицию я разжевал. Судя по последнему сообщению, Настя уже успокоилась.
Своей невероятной способностью съедать руку по локоть при малейшем появлении пальцев перед носом, моя женщина взрывает мой мозг и остальные части тела. Особенно остальные части. При этом я радуюсь, как щенок, и бодро подставляю обе руки.
С рассветом лежать одному становится невыносимо. Сегодня же заберу её домой. Хватит. Нагостилась.
Собравшись, еду в зал к Руслану, где два часа отчаянно бью грушу. Заканчиваю тренировку на беговой и после душа выдвигаюсь в сторону отчего дома.
Предстоит серьёзный разговор.
В людях разочаровываться с каждым годом все сложнее… Вообще во всех. Но особенно, если это твоя мать…
По дороге набирает Настя. Соскучилась. Что-то с ней не так сегодня. Пообещав починить подтекающий кран и успокоив, отбиваю звонок и заезжаю в знакомый двор.
Я не предупреждал о своём визите. Поэтому лицо матери удивлённо вытягивается, когда она открывает тяжёлую дверь.
— Андрей? — Обеспокоенно поправляет волосы.
— Я же сказал, что мы поговорим, — прохожу сразу в гостиную и разворачиваюсь к ней.
— Не понимаю, о чём, — сухо говорит, настороженно вглядываясь в моё лицо.
Она постарела. И это моя мать… Безжалостно нажимаю на собственное горло, чтобы продолжить свою мысль:
— Например, о том, что ты лезешь не в своё дело. Собираешь сплетни с моими сотрудниками. А может о том, как ты задурила голову этой дурочке?
— Я… — начинает оправдываться.
