1
0Ты напугала Паули своим требованием вызвать полицию, вот она и начала действовать. Послала брата забирать сокровища из хранилища, а сама насыпала тебе в молоко крысиного яда. Док правильный диагноз поставил, — одобрительно заметил Рис. — Кстати, плохо через пару дней стало бы не только тебе — она всю кринку отравила. Можно было бы списать на небрежность — травили грызунов, случайно сыпанули не туда. Бывает. Думаешь, мало врачей вызывают к больным с такими симптомами как у тебя? И по неосторожности, и по забывчивости. Яд стойкий, посуду плохо помыли, поели из неё — вот тебе и отравление.
Меня передёрнуло при мысли, что можно поесть из посуды, в которой травили крыс. Но, похоже, здесь, особенно в деревне, нравы были куда попроще. Чего пропадать миске, не выкидывать же добро.
— Кстати, луковицы они недолго думая перепрятали сюда, в усадьбу, — добавил Рис. — На чердак давно никто не заглядывает. Паули впустила брата через чёрный ход, он и приволок мешок. Так что улики в участке, незадачливые контрабандисты тоже, молоко кухарка вылила, кринку выбросила. Можешь спать спокойно, травить тебя больше некому.
— Какая ещё цель? — встрепенулась я.
— Не важно, — скривился Дельхарт. — Я со всем разберусь. Есть у меня догадки, кто мог так оригинально попытаться от меня избавиться. Вопрос только где он умельца нашёл…
Мир вокруг завертелся, я внезапно оказалась лежащей на спине, а Рис навис надо мной, опираясь на локти, чтобы не придавить. Лицо его стало серьёзным до невозможности.
— Мне нужно будет уехать. Надеюсь, ненадолго, — сообщил он. — Ты меня дождёшься?
— В смысле? — уточнила я, хотя и так всё прекрасно поняла.
Но должна же я, как настоящая женщина, немного пококетничать, прикинувшись дурочкой!
— Не уйдёшь обратно в свой мир? — выдавил Дельхарт после долгого молчания.
Просьба далась ему нелегко — было видно, что умолять о чём-то мужчина не привык. И то, что он пошёл против своих обыкновений ради меня, грело душу и едва зародившееся чувство где-то в глубине оной.
Не могу сказать, что влюбилась в него с первого взгляда. Вообще-то наше знакомство вылилось в настоящую катастрофу и конфликт. Зато потом выяснилось, что поверхностное впечатление бывает обманчиво, а за фасадом шовиниста и солдафона прячется заботливый и понимающий мужчина.
Меня многое держало в прежнем мире — начиная с семьи, заканчивая любимой работой и совершенно другим уровнем жизни. Но сейчас, глядя в ставшие родными сероватые глаза, я не смогла произнести вслух роковые слова.
— Не знаю, — вырвалось у меня. — Прости."
"— Что ж. У нас будет время подумать, — сделав вид, что ничего не произошло, Рис откатился обратно, устраивая меня в объятиях.
