3
0Большинство потухли, но некоторые играют желтыми огоньками. Рассеивают мягкий свет вместе со сладким ванильным ароматом.
И они повсюду. На полу, на столе, на кухонной столешнице… У меня схватывает горло от нецензурного крика, который безумно просится наружу. Это так дико и нереально. Как в фильме.
Я переступаю с ноги на ногу, чтобы не задеть стеклянные подсвечники, и утопаю ботинком в лепестках роз. Их тоже много. Они рассыпаны щедрой рукой вокруг обеденного стола, образуя розовое сердечко.
— Там есть записка, — подсказывает Станислав.
Он подводит меня к столу и указывает на листок кремового цвета с золотым тиснением. На нем крупными буквами написано от руки — «Я окружу тебя настоящей заботой и любовью. Ты скоро поймёшь, как тебе повезло».
— Хорошо, что не загорелось ничего, — раздаётся приглушённый голос другого охранника, он переговаривается с напарником и делает фотографии комнаты. — Тут смотри, прям рядом со шторой зажег, придурок.
— Вы знаете, кто это может быть? — обращается ко мне Станислав.
— Да, знаю, — я потерянно оглядываюсь по сторонам. — А можно открыть окно? Дышать нечем…
— Тоха! — зовёт Станислав. — Сделай.
Следом он выдвигает стул и легонько касается моего локтя.
— Вы присядьте лучше. В ногах правды нет."
"Я опускаюсь на стул. Но мысли все равно лихорадочно скачут туда-сюда. Я постепенно осознаю, что всё это значит. Ни черта Артур не успокоился! Наоборот, он затаился! Прекратил засыпать мой сотовый сообщениями, чтобы сделать новый сюрприз. Чтобы украсить мою квартиру, как спятивший тамада!
Боже…
Он на самом деле опасен.
У него не только мания обострилась, но и возможности есть. Как он вскрыл замки? Как залез в машину? Он что хакер-домушник?
И заодно пиротехник?
Охранник прав, мог начаться пожар.
А если бы я не закончила пораньше? Если бы Макаров не стал навязывать мне брачный контракт? Я бы тогда пришла вечером, а тут уже пахнет дымом и тлеет мое имущество!
— Так кто это? — спрашивает Станислав.
Он наклоняется ко мне, кладя ладонь на спинку стула. Выходит отеческий жест, и в его лице действительно хочется найти помощника. Он же профессионал, защита — это его работа. Ему можно довериться, это продуктивнее, чем идти в полицию.
Но он работает на Макарова. На того самого босса, с которым я не хочу иметь ничего общего.
А не плевать ли? Если выбирать между сталкерством Артура и наглостью Макарова, то первый уверенно ведет в рейтинге неадекватности. Тут даже обсуждать нечего.
— Я думаю, это мой бывший клиент, — выдыхаю. — Его зовут Артур, я консультировала его по видеосвязи два месяца назад. Сперва всё было нормально, но он вдруг переключился на меня. Стал навязчивым, пытался расспрашивать меня о личном, хотел узнать мои вкусы.
