Сломленный рыцарь

– Может, потому, что из страницы в словаре, где оно было написано, ты куришь дурь? Как твоя девушка? – Я попыталась ткнуть его локтем в ребра, чтобы он присел рядом со мной.

Тень пробежала по его лицу, и я поняла, что что-то произошло.

– Она бросила меня.

– Она? – спросила я радостно.

Луна, Луна. Спасибо, Луна.

Он кивнул, насмешливо глядя на меня, а затем покачал головой.

– Это глупо. Это не то, о чем мы должны разговаривать прямо сейчас.

– А о чем мы должны разговаривать прямо сейчас? – Я игриво приподняла бровь. Не хочу, чтобы все проходило грустно и тяжело.

Он посмотрел из окна, качая головой.

– Не знаю. О тебе?

– Мы знаем обо мне все, что можно. Я самый неинтересный предмет в этом доме, а еще самый депрессивный.

– Как ты можешь быть такой спокойной? – Он почесал подбородок, который покрывала светло-коричневая щетина.

– Во-первых, не без труда, поверь. – Подмигнула я. – А во-вторых, я доверяю своим планам насчет вас троих. Просто мне надо, чтобы ты пообещал мне маленькую вещь.

– Хорошо. – Он выпрямился и посмотрел на меня с любопытством.

Я положила свои руки на его.

– Ты перестал пить.

– Да.

– Ты перестал принимать таблетки.

– Это так.

– И ты ходишь к психологу, которого папа нашел для тебя?

– Как часовой, – отчитался он.

– Она никогда не будет твоей, если ты снова пойдешь не по тому пути.

– Я знаю. – Его голос надломился. – Я знаю это, мама. Я знаю.

– Пообещай мне тогда.

– Я обещаю. Никакой зависимости. Никакого алкоголя. Я даже не буду принимать парацетамол, когда заболею в следующий раз.

Тишина. Я должна подойти к этому осторожно. Не хочу, чтобы он начал подозревать что-то, чтобы эта часть разговора запятнала то, что мы обсудили до этого.

– Можно я дам тебе еще один совет?

– Конечно, мама.

– Ты держишь обиду на каких-то людей? Отбрось ее. Они не стоят твоей злости. Она тянет тебя вниз, как якорь, туда, где ты не должен быть.

– Можешь уточнить?

– Нет, не могу. Но скажу тебе кое-что напоследок.

– Хорошо.

Я взяла его за руку и поднесла к губам. Улыбаясь сквозь слезы.

– У родителей не должно быть любимчиков, – начала я.

Я знаю, что мое признание не покинет стен этой комнаты. Найт любит Льва, несмотря ни на что. Он прекрасный брат, который помог всей футбольной команде Льва. Он прикрывал Льва сотни раз, когда тот пробирался к Бейли домой. И наоборот.

– Но у меня есть, Найт. У меня есть любимчик. Я люблю тебя так сильно, что иногда просыпаюсь среди ночи и задумываюсь, а не из-за тебя ли я еще живу на этом свете. Когда боль настолько сильная. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя лишенным чего-то.

– А я никогда и не чувствовал.