3
0Врачи приказали, потому что у моей мамы…
Она раздвинула шторы и открыла окно, делая шаг в сторону, чтобы впустить меня. Я скользнул в ее комнату, осматривая первым делом, изменилось ли что, как она. Я выдохнул с облегчением, когда понял, что все на своих местах. Даже наши фотографии. Это было первое, на что я обратил внимание.
– Господи, Найт, ты весь дрожишь. Почему ты без футболки?
Она отпустила свой гнев и, наконец, получила представление. Луна положила крошечную, теплую ладонь на мою грудь. Я задрожал. На моей коже полно мурашек, и я должен признать, что со стороны похож на труп.
– Посмотри на меня, – воскликнула она, беря руками мое лицо. – Найт, ты весь синий. На улице холодно.
Я попытался пошутить.
– Это южное побережье. Думаю, что все нормально.
– Я приготовлю тебе горячую ванну.
– Твой папа узнает, что я здесь.
– Да кого это волнует! – взорвалась она. – Снимай часы.
Я положил часы на тумбочку, когда Луна выбежала из комнаты, оставив меня стоять там и переваривать тот факт, что выходить без рубашки в январе, среди ночи, в пустыне, с серьезным гриппом и температурой было не самым лучшим решением в моей жизни.
– Мне не надо, чтобы ты обо мне заботилась, – прошептал я, шаркая пяткой по мраморному полу. Я пришел сюда заботиться о ней, во имя всего святого.
– А я не предлагаю, я настаиваю. – Она практически прошипела сквозь зубы.
Когда мы добрались до ванной, то она была уже наполнена горячей водой, от нее исходил пар, как от горячей чашки с чаем.
– Разве людям с температурой можно принимать горячую ванну?
– Она не такая уж и горячая.
Я бросил взгляд на ванну.
– Да я получу ожоги третьей степени из-за этого, – указал я, качая головой. – Не-а. Я буду похож на Двуликого[22], если окуну туда половину тела.
– Ты залезешь туда, – проинформировала она меня.
– Нет, я не…
Она сняла рубашку. Просто так. Всю целиком.
На ней нет бюстгальтера. Только маленькие трусики из хлопка. Ее соски пялятся на меня. Темные, крошечные, набухшие и черт возьми.
Дорогой Санта!
Я всегда знал, что ты существуешь. Спасибо тебе за то, что ты подарил мне то, что я так хотел, хоть ты и опоздал на три года и одну неделю.
Искренне твой,
Н. Дж. К.Она нелепо подняла одну загорелую ногу над керамической ванной и вошла, но осталась стоять в ней. Я взял все, записал в памяти. У Луны настоящий пресс от серфинга и катания на велосипеде. Ее грудь маленькая, но налитая – она бы отлично смотрелась в моих ладонях. Тонкие руки. Гладкие. Она выглядит как фантазия. Как сладкая пытка.
Она протянула мне руку.
– Вместе, – прошептала она.
Какая хитрая, знала, что я буду купаться даже в лаве, если мне можно будет прикасаться к ней.
