6
0Последствия от испорченной кармы не заставили себя долго ждать!
Теперь я понимала, почему в новом и высококлассном ресторане прорвало канализационную трубу — её быстро и безотходно перегрыз персонал заведения, а может, лично сами владельцы.
К концу первого дня у нас вышло из строя сразу ДВА слайсера, повторяю … сразу оба, сломалась печка-гриль, один работник кухни получил приличный ожог, а второй поскользнулся на банановой кожуре и упал моськой в только что приготовленный творожный десерт. Зал беда стороной не обошла — там моя помощница подвернула ногу, сломав каблук новых туфлей. Вика потом остаток рабочего дня хромала в балетках и шептала мне о дочке мэра и её ведьмовской сущности.
— Дана Юрьевна, вы не представляете, как она нахваливала мои бедные туфельки, говорила, как они мне идут. Да и вообще одни сплошные комплименты в мой адрес, а что теперь… а ведь я их всего второй раз обула…даже чек с коробкой ещё выбросить не успела.
— Виктория, так надо их быстренько вернуть в магазин, и проблема решена, — попыталась я опустить на землю пострадавшую сотрудницу, не желая и дальше слушать этот бред.
Так как уже у самой появилась мысль — прибрести осиновый кол, серебряные пули и завтра устроить праздник чеснока. Дополнительная стимуляция больного подсознания мне точно не требовалась.
— Это, конечно, выход из ситуации, но… она точно ведьма. Мне бабушка как-то рассказывала…
— Вик, тебе пора компресс сменить. Иди немного отдохни, а я побуду за тебя в зале, — резко оборвала девушку, чувствуя, что ещё немного, и моя чёрная сущность возьмёт надо мной верх.
Виктория — замечательный человек и хороший специалист, если бы не её любовь к бабушке — колдуньи белой магии. В критические моменты девушку прорывает как злополучную канализационную трубу, и поток магической информации истекает в общественные массы нашего коллектива.
К сожалению, и моё присутствие в основном зале ресторана не спасло нас от проклятия этой Немезиды. Хотя я пока не поняла, за что нам такое карающее возмездие.
К вечеру первого проклятого дня я просто закрылась у себя в кабинете под видом очень занятой женщины. Хотя на самом деле выше упомянутая мигрень не заставила себя долго ждать. Мой истеричный мозг требовал покоя, темноты и стерильной тишины. И если толстые стены с прекрасной звукоизоляцией и массивная дверь замечательно справлялись с этой задачей, то телефон своим виброрежимом портил всю малину.
Гадство!!! И гребаная привычка — никогда не отключаться от связи!
— Слушаю Вас! — как можно нейтральнее ответила я, стараясь всё-таки не послать звонящего на все тридцать три буквы русского алфавита.
— Дана Юрьевна, извиняюсь за звонок внерабочее время, но так сложились обстоятельства, — пролепетал нежный девичий голосок.
