Скорби Сатаны

Вечер был погожий и морозный, подходящий для прогулок, и около одиннадцати часов мы направились в частный игорный клуб, куда мой спутник вызвался ввести меня в качестве гостя.

Клуб располагался в конце таинственного тупика, недалеко от респектабельных кварталов Пэлл-Мэлл. Снаружи он выглядел довольно неприхотливо, но внутри был обставлен роскошно, хотя и безвкусно. Судя по всему, заведением руководила дама – женщина с подведенными глазами и крашеными волосами. Она встретила нас в освещенной электричеством великолепной англо-японской гостиной. Ее внешность и манеры безоговорочно выдавали принадлежность к полусвету.

Это была типичная дама «с прошлым», которых принято изображать жертвами мужских пороков. Лусио что-то шепнул ей, после чего она почтительно поглядела на меня, улыбнулась и позвонила. Явился вышколенный слуга в строгой ливрее и, повинуясь едва заметному знаку своей хозяйки, поклонился мне и проводил нас наверх.

Мы шли по ковру из мягчайшего войлока, и я заметил, что в этом заведении все было сделано так, чтобы производить как можно меньше шума, и даже двери были обиты толстым сукном и бесшумно поворачивались на петлях.

На верхней площадке лестницы слуга тихо постучал в боковую дверь, ключ повернулся в замке, и нас впустили в длинную залу, ярко освещенную электрическими лампами.

Зала на первый взгляд казалась битком набитой людьми, игроками в rouge et noir[8] и баккара. Одни, завидев входящего Лусио, улыбались и кивали, другие вопросительно посматривали на меня, но в целом наше появление почти не было замечено. Лусио увлек меня за собой и сел так, чтобы было удобнее смотреть спектакль.

Я последовал его примеру и вскоре обнаружил, что мне передается волнение, которое было буквально разлито в этой зале, словно напряжение в воздухе перед грозой. Я узнал лица многих известных светских людей, известных политиков и общественных деятелей. Нельзя было и вообразить, что они способны своим присутствием и авторитетом поддерживать существование игорного клуба. Однако я позаботился о том, чтобы не выказать никаких признаков удивления, и спокойно наблюдал за ходом игры и игроками почти с таким же бесстрастным видом, как и мой спутник. Я был в настроении играть и проигрывать, но не мог предвидеть той странной сцены, в которой я вскоре по воле случая оказался одним из главных участников.

X

Как только закончилась партия, за которой мы наблюдали, игроки встали, чтобы горячо поприветствовать Лусио. По их поведению было понятно, что его здесь считали влиятельным членом клуба и человеком, который, по всей вероятности, может одолжить денег для игры или оказаться полезным в каком-то ином финансовом отношении.