Шесть секретов мисс Недотроги

— Но ты тоже не все рассказываешь, не объясняешь. Мои два крошечных секретика, которые ты, конечно, быстро и профессионально раскрыл, не идут ни в какое сравнение с твоей привычкой делать все молча. Например, ты же о меня сейчас трешься не просто так? Запах оставляешь, чтобы оборотни ко мне не приставали.

Кошак потянулся, вытягивая передние лапы. И я поняла, что все это время он держал основной вес на двух задних лапах, оставленных на полу. Вот же… хитрый здоровый кабан, а я-то радуюсь, что его легко удерживать на коленях и кровать не трещит.

Как же я соскучилась.

Я обняла здоровенную башку, прижимая к груди. Он задышал глубоко, повел носом, утыкаясь мне в грудь. И неспешно, словно и не он вовсе, потерся мордой. Где-то глубоко под толстой шкурой заработал звуковой моторчик. Я почесывала тигра за ухом, а он мурлыкал, все глубже вдыхая мой запах."

"Между лент проник широкий язык. Он мягко скользнул снизу вверх по золотистой ткани, прикрывающей грудь. Мои вершинки заныли и сразу запросили продолжения. Я молчала, и, после секундного ожидания тигр продолжил. Мурча, вылизывая меня как котенка. Тщательно.

Увлеченно.

Аккуратно перекусывая ленту за лентой и сразу пробегая языком по открывшейся коже, и этим приводя меня в томительный транс.

Раздевая медленно, неспешными щелчками зубов разгрызая тонкую ткань, фыркая, иногда застывая с блаженно сощуренными яркими в голубизну глазами. В человеческом теле они были синими, а сейчас небесно и светло сверкали даже в полумраке.

Мурчание туманило мысли. Я плыла в странных, дико стыдных ощущениях, а вокруг витал фруктовый дурманящий запах. И вдруг стало отчетливо ясно — к чаю, который так любил Алекс и к его постоянной сладковатой туалетной воде, этот аромат не имеет никакого отношения.

Диего действительно так пах, сам. А его младший брат просто старался быть похожим… Ох, он всю жизнь зачем-то старался быть похожим на старшего.

Между ног, легла огромная голова Бродяги. Он уткнулся, дрожа подергивающейся шкурой, мурча прямо в тонкую ткань трусиков. Я слабо ойкнула и попыталась отползти, но зверь прижался головой, и я только беспомощно задергалась.

— Пар-ра, — вдруг сообщил тигр.

— Что пора? Ты о чем?

Горячий язык лизнул прижимаясь, прямо по краю нежной спрятанной складочки, так остро по ощущениям, что я издала звук, похожий на всхлипывание.

Звук еще одного осторожного раскусывания ткани. Я заскребла руками по смятому покрывалу кровати. Посмотрела вниз… И увидела между своих коленей уже не зверя, а обнаженного мужчину… Который продолжил рычать, рассматривая лежащую перед ним добычу. То есть меня.

Уверена, что это феромоны. Потому что без них откуда могла появиться такая зависимость, душевная и телесная тревожная хрупкость.