14
0
Следующее, что он отчетливо помнил, это как Муан стоит перед дверью, а сквозь него просвечивается стена. И свой крик он тоже помнил, и ту самую боль. Эта боль забрала все остальное.
Бессознательно Шен приложил руку к груди.
— Мастер Муан? — Ал с тревогой вглядывался в его лицо. Не следовало затевать этот разговор. Он не думал, что может последовать такая сильная реакция. — Мастер Муан!
Внезапно тот вцепился в его руки, лихорадочным взглядом уставился в глаза и прошептал:
— Это ведь правда? Он ведь вернулся? Это ведь реальность?
Ал замер. Молния будто поразила его от макушки до пяток, электрическими разрядами прошла по позвоночнику и застыла где-то в груди.
— Что происходит?
Дверь распахнулась, на пороге стоял Шен.
Шен… Шен… Шен ли?
И если Шен стоит там, тогда почему?..
Мысли пришли в смятение, Ал не мог найти определения странному чувству, сдавившему его грудь.
Цепляющийся за его руки Муан медленно разжал пальцы и обернулся. Он смотрел на Шена, не двигаясь с места и не пытаясь что-то сказать.
— Вы закончили? — чересчур беззаботным тоном произнес Шен. — В таком случае, Ал, не мог бы ты выйти на какое-то время?
Ал помедлил, затем наклонился и поднял свою одежду.
Лицо Ала вспыхнуло, и он быстро отвернулся. Он на мгновение ощутил потребность защитить этого человека, не ради Шена, а просто потому что он такой существует. Никогда прежде Муан не вызывал в нем подобных мыслей и эмоций. Эти странные чувства заставили Ала разгневаться на самого себя.
Когда дверь закрылась за Алом, Муан быстро подошел к стоящему посреди комнаты Шену.
— Что произошло? — участливым тоном спросил он.
— Все в порядке.
— Все правда в порядке? Твое сердце колотится, как ненормальное.
Шен прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.
— Все правда в порядке, — негромко повторил он.
Муан попытался припомнить, когда это Шен признавался, что не все в порядке, и протяжно вздохнул.
С утра моросило. Ер и Рэн вышли в сад.
— Кажется, получилось, — сказали они.
Следящий за обстановкой сонный воин контрольного бюро встрепенулся и протер глаза. Вроде бы с ходящим внизу и бормочущим себе под нос старейшиной пика Росного ладана все было по-прежнему, но что-то в нем разительно переменилось. Может, волосы, странными завитками-щупальцами шевелящиеся без ветра? Или дело в распахнутом кожаном плаще?
Рэн решительно подошел к цветочку и сорвал его. Стебелек, зажатый между пальцами, не увял, лепестки по-прежнему радовали глаз.
