12
0
— Дорогой! Дорогой! — вопила госпожа Чао, совершенно не обратив внимание на занятия мужа. — В Ланьюа контрольное бюро!
Главный астроном Чао Цяо подумал, что его жена чересчур впечатлительна. Сам он еще вчера сказался больным, чтобы не встречаться с главой контрольного бюро, а глава охраны Дун так ловко выпроводил того из астрономической башни, что Чао Цяо стал подумывать, что не так страшен черт, как его малюют.
Госпожа Чао выдавала новости постепенно, поэтому следующую тревожную вещь он узнал через несколько минут, после того как госпоже принесли просушить схваченное спазмом горло свежим чаем.
— Они вывесили повсюду предсказания астрономической башни!
— Какие еще предсказания?! — от волнения главный астроном подскочил на ноги и навис над женой.
Та прихлебнула еще чая, переводя дыхание. Глава Чао терпеливо ждал.
— В нем говорилось, что страна на пороге тяжких испытаний и светлых перемен. Если народ выстоит вместе с правителем — то Цженси войдет в новую золотую эру!
От потрясения главный астроном на время потерял дар речи.
— Н-но… н-но… н-но там же нет печати астрономической башни, так?! И дураку очевидно, что предсказания поддельные!
То ли дело поддельное предсказание, которое астроном сговорился предоставить сановнику! Вот там все было чин по чину, на особой бумаге и с печатью.
— Не так уж и очевидно, — призналась его жена. — Копии предсказания вывесило контрольное бюро, и печать астрономической башни там имеется. Немного отличается от настоящей, но кто будет присматриваться? Главное, что народ уже во всю судачит!"
"Чао Цяо плюхнулся обратно на подушку. Он пока не осознавал, чем это событие грозит лично ему.
Со двора послышались крики. Взволнованный астроном вновь подскочил на ноги и поспешно подошел к окну.
— Иди проверь, что там, — приказал он главе охраны Дуну.
Глава охраны вернулся через несколько минут. Лицо его бело столь бледным, словно он увидел призрак своей покойной матушки, который грозился лишить его наследства за пристрастие к азартным играм.
— Контрольное бюро заблокировало все выходы из астрономической башни и… — его голос дрогнул.
— Что «и»? Да говори ты!
— И обкладывают стены снаружи бочками. Полагаю, внутри… внутри порох!
Чао Цяо уставился на главу охраны. Его женушка прикрылась рукавом, вместо платка, горько заплакала и заголосила:
— Что же это такое, что же делается!
— Этого не может быть, — губы главного астронома дернулись в нервной улыбочке.
