5
0
Неслышно и незаметно, что в очередной раз говорило о силе принцессе, к нему подошла Тенед. Она была одета в какое-то безумно вычурное и дорогое платье. Шлейф его тащился за несколько метров позади, а пышный, белый свет оттеняли широкие, алые ленты.
Хаджара тоже пытались облачить в нечто подобное, только обратной расцветки. Алый камзол, с белыми тиснениями.
Он отказался.
Морщинистая, покрытая шрамами и мозолями ладонь машинально коснулась простых одежд, сшитых им Аркемейей и ставших частью его Зова. Они слились воедино с броней, сшитой Королевой Мэб и теперь уже нельзя было сказать, где заканчивалось одно и начиналось другое.
Будь Хаджар романтиком, он бы сказал, что ни одна другая женщина в мире не будет так же прекрасна и желанна как демон-полукровка, нашедшая в нем не монстра, ни героя, ни генерала или воина, а… просто — Хаджара. Того, кто будет ругаться, ворчать, разобьет все пальцы в кровь и излупит руки молотком, но научится и починит кровлю. Кто сделает верстак и выточит на нем утварь. Сложит печь, чтобы выжечь в ней горшок под кашу.
Кашу, которая сварит ему жена.
По меркам Безымянного Мира Хаджар был еще очень молод.
Но не стоит забывать, что Хаджар был рожден на Земле и, пускай этот отрезок его жизни уже казался пьяным сном, в который постепенно погружались празднующие на главной площади, но, все же, он отложил свой отпечаток.
— Мне не интересно, — только и ответил Хаджар.
Тенед подошла ближе. Она шумно втянула ноздрями воздух и слегка улыбнулась.
— На тебе лишь несколько нитей женского запаха… любая женщина определит, что ты не самый опытный из любовников.
Хаджар посмотрел на браслет на своем запястье.
К чему ему реки дурмана, если он испробовал каплю нектара?
— А может ты просто…
Тенед подошла к нему ближе. Настолько, что он чувствовал её жаркое дыхание на своей коже. Чувствовал запах пряных, ароматных духов. Они слегка дурманили его сознание.
Острый, но изящный, ноготь-коготь прошелся по его щетинистой щеке.
— … не встречал еще тех.
Хаджар сделал шаг назад. Небольшой, чтобы не упасть спиной в пропасть и не стать очередным развлечением для собравшихся на площади празднующих, но достаточно четкий, чтобы не казаться двусмысленным.
— Вы боитесь, принцесса, — слегка поклонился Хаджар, чтобы показать, что он со всем уважением, а не в попытке оскорбить. Тем более он действительно уважал Тенед. Как женщину и как воина. И, может, немного сочувствовал её судьбе. — Это нормально. Все боятся.
Отступили и Тенед. Напускная игривость пропала из её звездных глаз, оставив после себя лишь томную грусть.
