5
0
Не было в Безымянном мире ни того, ни другого.
Только жизнь.
И только смерть.
— ТАШ! — воскликнула Тенед.
Но было уже поздно.
— Хаджар-дан! — Албадурт, окутанный пылающим, как жерло вулкана, жидким огнем, обрушился своими топорами…
Нет, не на Таш’Маган, которая успела раскрутить ледяной меч и поднять буран, полный хищных рыб — иллюзий ударов меча.
Гном ударил в нескольких десятках метрах от неё. И его топоры глубоко погрузились в ледяной покров, стянувший края ущелья. По разные стороны от рыжебородого, огненного гнома, так же в ледяной покров врубились и еще пятеро удунов.
Хаджару не надо было оборачиваться, чтобы понять, что две дюжины Удунов, так же окутанных огненным сиянием, ринулись в сторону новоявленного ущелья. Но было поздно.
Все произошло в считанные мгновения.
Лед раскололся. Будто ожившие, бесконечно удлиняющиеся разветвленные хвосты кнута Иции протянулись к союзным Удунам и вытянули их с разбившегося ледяного покрова.
Одновременно с этим, один из хвостов стеганул Хаджара по груди, отбросив его на пару метров назад — на твердую землю, а на возвратном движении, оплетясь вокруг шеи Таш, сдернул её прямо в самый центр черного провала.
Хаджар видел, как Таш пытается успеть принять свой истинный облик, как начинает трескаться её Божественная броня, как постепенно меркнут человеческие черты, но…
Едва слышно пропела тетива Густафа и отравленная стрела, оставляя в воздухе длинный росчерк, пробила грудь Таш насквозь.
Лучники — самые опасные и самые редкие из адептов в мире боевых искусств. В ближнем бою, они могут проиграть адепту на две ступени развития ниже, но в дальнем…
Тело Таш дернулось, меч выпал из её рук, а сама она скрылась в темном ущелье.
— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! — прозвучал душераздирающий крик принцессы Тенед.
Но, опять же, полуликий Гай уже стоял на краю ущелья. В руках его пылала энергией секира.
— Лавина Смерти!
И одновременно с монструозным взмахом, с её лезвия слетела волна света, наполненного мистериями секиры и могуществом адепта. Она затопила ущелье, а когда все стихло, то в Реке Мира уже больше не ощущалась ледяная искра энергии Таш’Маган, сильнейшей воительницы Рубинового Дворца.
Честь и достоинство…
Все это глупости, которые приводят наивных бойцов к гибели.
— Нет, нет, нет, нет, нет, нет… — повторяла принцесса и горячие слезы жидким янтарем стекали в недра ущелья. Тенед, склонившись над ущельем,
— Казнить их немедленно! — взревел показавшийся из последнего вагончика поджарый, чернобородый гном. В простых одеждах, без всяких украшений, он не выглядел как иной чиновник-коррупционер. Но оно и правильно — умный вор не станет вешать на себя мишень “я вор”.
