7
0
– Боже мой…
– Мне казалось, что ты никогда не оторвешься от своих лошадей, – вполголоса проговорила она и, медленно улыбнувшись, поднялась на колени.
– И мне так казалось. – Он сделал несколько шагов и повалился перед ней, впиваясь глазами в неповторимую наготу Мег.
Все вокруг было восхитительно: легкий полумрак, одинокая керосиновая лампа, свисавшая с потолка чуть поодаль и бросавшая на пол слабый желто-белый свет, аромат свежей соломы, смешанный с едва осязаемым запахом лошадиного пота, и даже неугомонный стрекот сверчка на улице. Меган подняла руку и кончиком пальца провела по краям его губ.
– Я слышала, как ты там тер лошадей, – прошептала женщина, проворно расстегивая рубашку мужа. – Я бы отдала все на свете, чтобы оказаться на их месте. – Наклоняясь вперед, она сняла рубашку и слегка прижалась к его широкой груди. – Как же это приятно…
– Мне тоже приятно, моя милая.
Ответив с горячей пылкостью на его поцелуй, женщина чуть слышно проговорила:
– Пожалуйста, встань."
"Только благодаря непреодолимому желанию узнать, что же будет дальше, Джеффри поднял свое дрожащее от нетерпения тело, наклонился немного вперед, мгновенно стянул ботинки и носки и выпрямился, глядя вниз.
Жена кокетливо и в то же время многообещающе улыбнулась ему, перевела взгляд на его ноги и удрученно провела рукой по плотной ткани брюк, касаясь очевидного контура его возбужденной плоти.
– Они тебе мешают? – сочувственно спросила она.
– Да.
С намеренной медлительностью, от которой ему даже захотелось взмолиться о пощаде, женщина положила пальцы руки на ширинку.
– Ну вот, – расстегивала она уже последнюю пуговицу, – теперь, надеюсь, тебе намного удобнее. – Едва касаясь его ног, Меган стянула брюки и бросила голодный взор на наконец-то получивший свободу орган.
– О, ты так тверд и одновременно так мягок. Ты жизнь моя.
Еще немного, и от ее ласковых слов и рук Джеффри не смог бы себя контролировать.
– Меган, – задыхался он от страсти, – Меган…
Мег подняла голову, ее глаза побежали вверх по притягательному телу мужчины и остановились на его красивом лице.
– О Джефф, ты лучше всего сущего на земле, ты моя радость, ты мое упоение, – прошептала она и взяла его в рот.
Мужчина опустил ей на голову руки, медленно перевел взгляд вниз и испустил длинный стон. Ничто еще на свете не возбуждало его так сильно, как любящие движения рта его жены.
– Милая, я хочу…
Женщина подняла глаза, не прекращая страстно водить языком по его плоти.
– Я… знаю… знаю…
С замиранием сердца Джефф рухнул на колени, обхватил ее руками, потянул на себя, и его твердый столбик скользнул у нее между ног.
– О мой дорогой, – пробормотала она, раздвигая ноги, – мы так долго не…
– Да, я знаю, – перебил он, входя в нее. – Я так сильно по тебе скучал.
