Развод в 45. Мужчины тоже плачут

Она будто зверя во мне пробуждает. Долго не думая, подтягиваю к себе ногу, а затем распрямляю её, тем самым отталкивая хламидию в сторону.

Снова воздух рассекает громкий визг.

- Помогите!!!

Встаю на ноги и слышу, что именно в этот момент открывается дверь.

- Буся… - паразитка тут же притворяется полумертвой и тянет руки к отцу, который, как истинный рыцарь в обосцанных доспехах, кидается ей на помощь.

- Что такое? Что случилось? - помогает ей подняться. Поглядывает при этом на меня.

НЕ понимаю, что сейчас в его взгляде. То ли волнение и за меня, не случилось ли чего со мной - он ведь видел, что я тоже поднималась с пола… Или всё-таки желание прибить меня за то, что немного пощипала его курицу.

- Маша! Что ты здесь делаешь? - рявкает, когда прислоняет хламидию к стене, чтобы не упала. Актриса недоделаная… Ей только стены и подпирать с поднятой ногой!

По крику точно понимаю то, что не смогла прочитать во взгляде.

- Ухожу из твоей жизни, папочка! Вот что я делаю! - показываю им двоим средний палец и иду к лестнице.

Пошел ты!!! Папа! Ненавижу!

Смахиваю идиотскую слезу и бегу на улицу.

Глава 38.

Глава 38.

Надя

Маша не успевает переступить порог, как бросаюсь к ней и обнимаю, крепко прижимая к себе. Наконец-то… Места себе не находила после звонка блудливого козла, который сказал, что наша дочь побила его «прелесть».

- Ты как? - отступаю на шаг назад, пристально рассматривая Машу.

- Нормально, - произносит с некоторым замешательством. - А что такое?

- Мне твой отец позвонил.

Маша смеется. И именно в этот момент очень заметно, что она искусственно выставляет напоказ веселье.

- Что интересного рассказывал? - немного напрягается её голос.

Дочка сбрасывает кроссовки, швыряет куртку в шкаф и идет в ванную. Тщательно моет руки. Оно и понятно, если верить, что хотя бы половина сказанного мужем, правда.

- Так что рассказывал? - допытывается Маша.

Много чего интересного рассказывал. И мы обязательно поговорим об этом, но пока мне нужно понять, не пострадала ли сама Маша физически. Душевно - и так понятно.

- Ты цела? - спрашиваю прямо, когда дочка закрывает кран с водой.

- Я? Я да! И хламидия, к сожалению, тоже. Не верь в тот бред, который тебе, наверняка, озвучил папаша. Пару раз толкнула его курицу, и всё.

- Мне плевать на курицу! Я за тебя переживаю.

- Всё нормально! - успокаивает меня. - Есть что перекусить?

- Конечно!

То, что У Маши есть аппетит, вселяет в меня некоторую надежду на то, что неприятная встреча с отцом не нанесла ей того урона, который могла бы, если бы дочь не обладала таким характером. Я ведь переживала, что встречу Машу всю в слезах, что она будет рыдать, спрашивая, за что он так с нами. Слава Богу, на подобное и намека нету!"

"- Расскажешь подробнее про то, что случилось? - интересуюсь, наливая бульон.