2
0"
"Оба сына, как будто почувствовали материнское умиротворение, и затихли. Рейгард протянул мне малыша, и наши пальцы встретились — меня таким жаром обдало, что я слегка оступилась. И монстр придержал меня за талию. Стало так тепло, хорошо.
По телу пробежали сладкие разряды тока. Подсознание плясало от счастья: он здесь, он рядом. Тот, кто горячечно любил меня, как дикий зверь. Клеймил и подчинял. Тот, кто взял в плен моё сердце, и оно осталось там, у него в тёмных подземельях звериной души. И теперь у нас дети. Два хорошеньких мальчика.
— Ты хотела что-то сказать? — проговорил Рейгард.
— Это на счёт Эдуарда, — я прочистила горло.
В такой момент неуместно было говорить о его брате, но я должна была.
— Ты же попытаешься спасти его? — проговорила я и замерла, глядя в звериные глаза. — Ты не убивать его идёшь?
Монстр крепко сжал челюсти, убрал от меня руки и сдавленно вздохнул, будто сдерживая в себе рвущуюся изнутри злую силу.
— Пока добирались сюда, я успел остыть и поразмыслить, Анна, — строго произнёс он. — В твоих словах о поведении моего брата есть зерно истины. Когда мой отец стал одержимым, я сразился с ним и убил демона. Долгие годы я мучился вопросом, был ли способ его спасти? И я нашёл описание одного древнего ритуала. Если ты права, и дух брата жив, я не прощу себе, если лишу его надежды на спасение. Я попытаюсь схватить его живым. Тем более, что артефакт, необходимый для ритуала, у меня есть.
— Сердце демонов у тебя? — удивилась я.
— У меня.
— Слава богу, что демоны не добрались до него, — выдохнула я.
— Я проведу ритуал для брата.
— Для ритуала нужна жертва… — шёпотом произнесла я. — Добровольная жертва…
— Я отдам своего дракона.
Грудь словно прорезало раскалённое копьё.
— Ты готов пожертвовать своего дракона?
— Я отдам дракона, — кивнул Рейгард. — А потом…
Рейгард горячо взглянул на меня.
Мы застыли друг напротив друга.
Меня как раз очень волновало, что будет потом. Не отнимет ли он у меня детей, когда всё закончится. Какую судьбу он мне приготовил? Какое наказание за ложь? По телу прокатилась дрожь. Язык словно присох к нёбу — и я с трудом смогла проговорить:
— И что же потом?
Воздух загустел в напряжении — хоть ножом режь. Непреодолимая сила, как магнит, тянула меня к мужчине. А он жадно глядел на мои губы, но… Но не касался.
— Раньше я бы сказал, что потом у тебя будет развод. И у нас будет свадьба, но теперь, — Рейгард стиснул зубы. — Теперь я не стану заставлять тебя насильно быть со мной. Прости меня за синяки, за боль и жестокость, ласточка. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Хочу, чтобы сама выбрала, с кем хочешь жить. Детей я не отниму у тебя, если ты этого боишься. Но мою физиономию тебе придётся видеть часто — ведь я их отец, и хочу видеть, как они растут.
