2
0Всё получится. Я был в этом уверен.
Мы пожали друг другу руки, и я направился к двери.
— Рейгард, — окликнула леди Элеонора.
— Да?
— Я могу спросить вас о личном?
— Слушаю.
Женщина нерешительно переступила с ноги на ногу.
— Какую судьбы вы уготовили для Анны?
Я застыл. Сердце облилось кровью при упоминании о любимой женщине. МОЯ. Моя пара.
Я стиснул зубы и поднёс кулак ко рту.
Какую судьбу я приготовил для ласточки? Я бы отбил её у брата и сделал своей женой. И детей её бы забрал. Но истинность кружит голову только дракону — для женщины это не более, чем слова. Анна ясно дала понять, что счастлива с Эдуардом. А я слишком много разрушал в своей жизни, и теперь должен многое склеить. Начать стоит с того, чтобы прислушаться к желаниям ласточки и не причинять ей больше зла. Письмо её, в котором она говорила об отъезде, раздирало душу.
А леди Элеонора широко раскрыла глаза, жадно считывая мои эмоции.
— Я прошу вас не наказывать Анну, лорд Рейгард, — тихо проговорила женщина. — Единственное о чём прошу вас: быть с ней милостивым.
— Не переживайте, леди Элеонора, — криво усмехнулся я. — Я принял решение Анну отпустить.
— Отпустить? — брови женщины взмыли вверх. — Насовсем?
Зверь внутри протестующе забился. Я сделал глубокий вдох, кивнул и вышел за порог.
После разговора с магиней, я вернулся в родовой замок. Вдали от демонова артефакта рана болела не сильнее обычного, и я сумел заняться делами, которых накопилось много. К вечеру всё разгрёб, оставив напоследок самое тяжёлое.
То, что заставляло беситься и рычать.
78
Рейгард
Я достал конверт от ласточки и положил перед собой. Долго глядел на него, хмурился, а зверь внутри снова неистовствовал. Драл меня. Острая, вкусная, горячая, яркая МОЯ ласточка! Из памяти вспышками зажигались сцены нашей близости. Как зло, по-животному я брал её, будто голодный хищник поглощает добычу. Всё оттого, что неистово хотел сделать её СВОЕЙ, заклеймить собой.
Я жестоко поступил с ней.
А теперь она замужем. За моим братом! И ей там хорошо. Она чужая жена! Нет, я не поступлю, как мой брат, не переступлю законы совести, и буду переламывать ей хребет, заставляя быть со мной.
Она должна уехать! Должна уехать, твою мать, с глаз подальше!
Я сжал зубы до скрежета. Воротило от мысли, что я должен её отпустить. Но так будет правильно.
Только душу рвало от мысли, что брат плохо о неё заботится. Я же видел, как бедно выглядит её дом! Мебели почти нет! Тонкие стены — как она зиму в этой халупе пережила, беременная?!
И почему Эдуард не с ней?! По докладу служб он продолжает торчать у себя в поместье, пока жена одна с детьми.
