1
0
— Но, королева…
— Что, думаете, похудеть не смогу? Да хватит вам, если поставить перед собой такую цель, горы можно свернуть! — решительно заявила я.
Демонокотики еще раз переглянулись, и тут Рубин, как самый главный демон, заикнулся:
— Королева, ты, вообще-то, того… Окончательно воссоединилась с недостающим кусочком своей души и открыла мощное магическое воплощение…
— Теперь ты та, кем должна была быть на самом деле, без действия мерзкого ритуала грязной служанки-ведьмы! — подхватил Изумруд. — Теперь ты — Дарина, настоящая дочь графа Родогаста Бэйлиса и его жены Леноры.
— Мы будем верно служить тебе — дадим разные силы, умения и знания. Мы можем очень, очень многое. А ты отомстишь всем-всем нашим обидчикам! — добавил Сапфир.
Ладно.
Из этого всего мой мозг ожидаемо вычленил одно словосочетание.
Унаследовавшая красоту?
У меня даже дыхание перехватило.
Да и не только дыхание.
Осознать, что всю свою жизнь ты жила с чужой внешностью, была отколотой частицей чего-то целого, и только сейчас обрела свою цельность и истинный облик…
То есть, они намекают — худеть мне теперь не надо, что ли?
Потому что я уже…
Уже какая-то другая?
Я не похожа ни на Дашу, ни на Бьянку.
Теперь я Дарина…
Невозможно.
Невероятно!
За последние недели я так привыкла к личине Бьянки, можно сказать, срослась с ней, поэтому было непривычно это даже слышать, не то, чтобы поверить.
Помотав головой, подняла свое запястье и вдруг обратила внимание, что оно стало совсем тонким.
Точно так же, как и пальцы, которые до этого больше напоминали сосиски.
Нет, сейчас бы никто не сравнил эти изящные тонкие пальчики с нежно-розовыми ноготками с колбасными изделиями…
Ой-ой-ой…
Что творится-то?!
Что творится?
— Пацаны, тащите зеркало! — скомандовал Рубин.
Сапфир и Изумруд засуетились, закружили портал, из которого через некоторое время выволокли прямо на лед большое зеркало в полный рост. Оно было окантовано массивной рамой и смотрелось роскошно.
— Откуда вы его взяли?
— Ну… Из замка баронета Шервуда… — потупился Сапфир. — Дак, он в отъезде, имение пустует. Мы все живенько обратно вернем — и зеркало, и стульчик тож.
Я медлила.
И причина была, наверное, вовсе не в баронете Шервуде.
А в том, что мне просто до жути было страшно в него смотреть.
До дрожи какой-то…
Вот бывает, чего-то ждешь-ждешь, ждешь-ждешь, и кажется, время тянется так страшно невообразимо медленно, как последний день на работе перед отпуском.
А потом он — бац! — наступает.
И ты вся такая…
Что, простите?"
"Почувствовав мой нерешительный настрой, демонокотики окружили меня со всех сторон и принялись теснить к зеркалу.
