Жена неверного ректора Полицейской академии (СИ)

Если Бьянку с ее полнотой можно было назвать милой, то Пшеничке это совсем не шло, она выглядела отечной.

Она одарила меня таким взглядом — если бы глазами можно было убивать, то я уже лежала растерзанная, как после нападения сумасшедшего маньяка.

Надеюсь, она никогда отсюда не сбежит. Потому что если сбежит — то первым делом сразу пойдет меня убивать.

Я брезгливо поднесла кружевной платок к носу и сказала:

— Пойдемте дальше.

— Да, конечно, понимаю, графиня Бейлис, — с готовностью сказала Расула. — Следующая комната поприличнее — там недавно побелили потолок…

— Прощай! — беззвучно сказала я Пшеничке и пошла вслед за Расулой.

По правде сказать, эта экскурсия по ночлежному дому произвела тягостное впечатление. Хотелось скорее покинуть это темное мрачное место.

Однако управительница приюта слезно попросила, чтоб мы зашли в последнюю комнату — уж больно ей хотелось показать мне этот дурацкий потолок.

Наверное, думала, что я расщедрюсь на известь для побелки других комнат. Я велела своей камеристке записать, чтобы прислали не только известь, но и другие стройматериалы, необходимые для капитального ремонта.

Но вовсе не потолок привлек меня в этой комнате, а женщина преклонных лет, что сидела на кровати около самого входа.

В старческих узловатых пальцах она перебирала голубую шелковую ленточку. Та была уже совсем потертой, замызганной и мятой, но женщина смотрела на нее, как на величайшее сокровище.

— А, это наша Герцогиня, — вполголоса пояснила Расула.

— Герцогиня?

— Ну да, так мы ее зовем — надо ж как-то звать. В моменты просветления, она утверждает, что она — жена какого-то вельможи из дальней провинции, у нее молодой красивый муж и куча слуг.

— Вот как? — протянула я.

Даже сама не знаю зачем, я подошла к старухе и спросила:

— Здравствуйте, как вас зовут, мадам?

— Я должна поехать на бал, — она подняла на меня взгляд. — Сегодня вечером будет бал у самого наместника. Сходи-ка вниз, Трикси, и узнай — не привезли ли мое новое платье? Не терпится взглянуть на него!

Признаюсь, у меня даже мурашки пробежали по коже, и на мгновение показалось, что в пустых глазах старухи быстро-быстро крутятся стрелки на циферблате часов.

— Я же говорю, она не в себе, — сказала сестра Расула. — Леди Бейлис, так как вам наш потолок?

Потолок я похвалила и пообещала помочь с известью для других комнат, а потом поспешила покинуть это место.

На улице мне даже дышать стало легче."

"Все-таки это место производило очень тягостные впечатления.