1
0Граф даже подумывает отправить ее в специализированное лечебное заведение.
— Вот как? Весьма печальное известие, — сказала я.
Хотя на самом деле совершенно не считала его печальным. Скорее, наоборот.
Я все-таки свела убийцу своей матери с ума.
Что ж, значит, пришла пора познакомиться с отцом.
Но сначала разобраться с последней целью моей мести.
Лиансом Рэтборном.
— Ревную тебя, как последний влюбленный идиот, — сокрушенно покачал головой ректор после бала.
— Ну, почему же как, господин ректор? — засмеялась я.
Мы шли по дорожке от ворот академии.
Весна уже полностью вступила в свои права.
В ночном небе стояло розоватое сияние, а воздух был напоен запахом цветов и пением птиц.
В такое время душа поет и хочется любви, а не мести.
Рубин был прав.
— Даже не знаю, чего мне хочется больше из-за твоей дерзости — убить тебя или залюбить до смерти? — выгнул бровь Лианс и страстно меня поцеловал. — Странно, но то, что я считал неприемлемым в женщинах, ощущается таким сладостным в тебе. Все остальные кажутся такими пресными… Просто меркнут рядом с тобой.
Он хотел проводить меня до казарм, но я свернула к его особняку.
— Уверена? В этот раз я тебя не отпущу.
— Или я тебя, — прошептала ему на ухо и поцеловала его сама.
— Отдаешь ли ты себе отчет, что я с трудом сдерживаюсь, чертенок ты эдакий? — сквозь зубы процедил ректор. — Думал, для тебя важно дождаться первой брачной ночи…
— Зачем же ждать? Пусть она будет прямо сейчас.
И я откровенно посмотрела ему прямо в глаза.
Он подхватил меня на руки и перенёс через порог своего особняка.
А дальше, разумеется, собрался подняться по лестнице и в спальню.
Но я остановила:
— У тебя нет чего-нибудь выпить?
— В прошлый раз ты тоже захотела пить.
— Сейчас не сбегу. Этот Весенний бал нагнал на меня жуткий голод — из закусок одни сладости. А я терпеть не могу сладкое.
Вскоре мы уже восседали в гостиной при свете магических сфер за столом.
Я крутила в пальцах пузатый бокал с рубиновой жидкостью и разглядывала поверх него мужчину, что сидел напротив.
Объятого страстью и такого желанного мужчину, который смотрел на меня, как на величайшее сокровище во всей вселенной.
— Помнишь, ты как-то спросил, чего я боялась больше всего на свете? Это было в самом начале нашего знакомства.
— Сейчас откроешь завесу тайны? — Лианс отхлебнул из своего бокала.
— Что ж, время это сделать пришло, — сказала я, поднялась и подошла к нему.
Ласкающими движениями положила руки на его сильные плечи, наклонилась и прошептала ему на ухо.
— Больше всего на свете я боялась, что мне не удастся смешать тебя с грязью, Рэтборн. Но мне больше не страшно.
Он с непониманием взглянул на меня и в следующее мгновение отключился.
