7
0
— В гостинице, — спокойно отвечает мне Илья, — говорю же, только доехал, устал, как собака, в душ сходил… Сегодня куча дел, голова не варит, а тут ты еще не отвечала вчера… Думал уже разворачиваться и обратно ехать… Выяснять, где там моя морковка Эммануэль застряла, может, зайца какого нашла себе на корпоративе, и он ее грызет…
Последние слова его, серьезные и жесткие по тону, вызывают во мне волну стыда. Потому что морковка Эммануэль совершила ошибку. Не смертельную, но объяснить ее Илье будет очень непросто… Мне бы кто объяснил еще…
Так что самым логичным и правильным будет просто ему ничего не говорить про утро у Колесникова. Тем более, что это реально недоразумение, я ни в чем не виновата…
— Я просто так устала… — мяукаю я виновато, — пришла домой и заснула, представляешь? А телефон разрядился… А я этого не поняла даже, проснулась вечером, поела и опять спать… А сегодня с утра… Вот…
Я прикусываю губу, смотрю в экран и с удовольствием наблюдаю, как меняется выражение лица у моего электрика. Каким оно становится хищным и возбужденным одновременно.
— Отодвинь камеру чуть дальше, Эммануэль, — приказывает он, жадно разглядывая мое лицо.
— Но… тебе же на работу… — шепчу я, послушно отодвигая камеру так, чтоб ему было видно. Все чтоб было видно…
— Ничего. Подождут. Откинь одеяло. Что у тебя там? Ничего? Ах ты, грязная девочка…
Я откидываюсь на подушки, неотрывно глядя в экран, где мой электрик готовится пустить ток по нашим проводам, невзирая ни на какие расстояния.
Вверху всплывают постоянно окна сообщений: Колесников, Мира, ИИ, Лисовский, Колесников опять, опять Лисовский…
А мне плевать.
У меня все зрение мгновенно становится тоннельным: вижу только Илью, его жесткие глаза, его бугрящиеся мускулами плечи, крепкие пальцы, безостановочно двигающиеся по внушительному члену вверх и вниз.
Слышу только его хриплые, отрывистые команды:
— Раздвинь ноги. Шире. Еще. Пальцы… Да… Вот так… Грязная девочка… Мокрая совсем. Сильнее. Еще… Да…
И меня уносит от этого голоса, этой властности, своего сладкого подчинения такому правильному, такому сильному мужчине.
Трясет от наслаждения, узел внизу живота становится совсем уже невыносимо болезненным…
— Кончай! — командует мой жесткий электрик, и я делаю то, что он хочет.
Потому что я, может, и грязная девочка, но очень-очень послушная.
Но только для одного мужчины в мире. Для него.
А все остальные…
Разберемся, куда деваться-то?
Глава 26. Рабочие неожиданности
Глава 26. Рабочие неожиданности
Следующим утром собираюсь на работу прихожу с хорошим настроением и в полной боевой готовности.
Надо , наконец, разгрести весь этот бред, разобраться со всеми мужиками, внезапно свалившимися на мою бедную голову.
