1
0— Может, он как раз сейчас ломает голову, зачем вам понадобилось убивать бедного Пьера.
— В таком случае он ее непременно сломает. Потому что даже самому распоследнему дураку ясно, что массажиста хотел отравить кто-то из местных.
— Почему вы так думаете? — Даша действительно удивилась уверенности старой девы.
— Хотя бы потому, что бедный Пьер вовсе не был бедным. — Прожженная сплетница многозначительно замолчала.
— Что вы имеете в виду?
— Вам, например, известно, что Пьер недавно купил себе яхту?
— Да что вы!
— Так вот, представьте: купил себе в Италии яхту и, говорят, присматривал домик на Ривьере.
— М-да... — Даша задумалась. — Любопытно. А откуда вам это известно?
Пикше на мгновение смутилась.
— Случайно услышала его разговор по телефону. Даша решила не заострять внимание.
— Неужели массажисты так хорошо зарабатывают? — как бы невзначай спросила она.
— Массажисты? — Пикше презрительно рассмеялась. — Не смешите меня! — Затем замолчала и каким-то странным голосом добавила: — Думаю, вы лучше меня знаете, каким способом в короткие сроки можно заработать такие деньги.
— Я? — изумилась Даша. — Но почему именно я?
Сделав вид, что не расслышала, Пикше приблизилась к краю обрыва.
— Посмотрите какой прекрасный вид! — Она всплеснула сухонькими ладошками. — Даша, идите сюда...
Но Дашу совершенно не привлекали местные пейзажи. Ей было дурно только от творящегося вокруг.
— Извините, Фиона, у меня от высоты кружится голова. Лучше я постою здесь.
— Бросьте, идите сюда, я вам кое-что покажу. — Она указал пальцем куда-то вдаль."
"Даша нехотя приблизилась к краю обрыва.
— Посмотрите, видите?.. Вон ваша пещера. Как всегда полна страждущих.
Даша уже хотела было согласно кивнуть, как вдруг замерла.
— «Моя пещера»?— медленно переспросила она. — Что вы этим хотели сказать?
Обняв ее за руки, Пикше произнесла тихо и проникновенно:
— Дорогая, пришла пора поговорить серьезно. Здесь нас никто не подслушает. Вы понимаете, меня?
— Не очень.
— Катарина мне все рассказала.
— Угу, — только и нашлась сказать измученная женщина.
— Ведь это большой грех. Я не только об убийстве. Подслушивать тайны и извлекать из человеческой боли корысть... Это большой грех.
— О чем вы говорите? — Ей вдруг стало страшно.
— Вы подслушивали в пещере и...
Даша вырвала руку.
— Вы за кого меня принимаете? — закричала она. — Нет, кто вам дал право обвинять меня в убийстве?!
Пикше щурила птичий глаз.
— Вы думаете я вас записываю?
— Ничего я не думаю, отстаньте от меня!
— Успокойтесь! — всегда заискивающий, дребезжащий голосок вдруг прозвучал властно и твердо.
Даша враз застыла. Лицо немки изменилось непостижимым образом. Оно застыло, стало жестким, более молодым, казалось, даже морщины разгладились.
