Пропавшее Рождество

За дверью по-прежнему было тихо. На всякий случай, Даша несколько раз подергала ручку. Дверь, как и следовало ожидать, оказалась закрытой. Достав из кармана специально прихваченный для этой цели перочинный нож, она вытащила лезвие, и уже собралась было попытаться вскрыть замок, как сзади послышался нежный голос:

— Вы что-то хотели, мадемуазель?

Сунув руку с раскрытым ножом в карман, Даша отпрянула от двери. Со стопкой чистых полотенец в коридоре стояла горничная.

— Я могу вам чем-то помочь?

— Даже не знаю... — Кончик лезвия проткнул бедро, но, сцепив зубы, Даша все же заставила себя улыбнуться.

— Месье Полетаев попросил принести его сигареты, а я ключ забыла взять. Придется опять спускаться...

— Ну что вы! — девушка мило улыбнулась.— Я вам открою.

Даша не верила в свою удачу. Страстно поблагодарив свою нежданную помощницу, она юркнула в номер.

3

На этот раз времени не было вовсе, в любую секунду, заподозрив очередной подвох, мог заявиться Полетаев, чтобы отлупить чем под руку придется. Поэтому, не тратясь на размышления и угрызения совести, Даша сразу принялась за сумку.

Терять ей было нечего и, достав перочинный нож, что было силы, вонзила его в брезентовый бок. Провертев основательную дырку, рванула на себя. Нет, она не испытывала даже намека на смущение, более того, ей доставляло огромное наслаждение кромсать чужую собственность. Распотрошив сумку, Даша вывалила все содержимое на ковер и принялась перебирать вещи, особое внимание уделяя бумагам. Бумаг было немало, многие на иностранных языках и приходилось вчитываться в каждую букву, чтобы понять, нужно ей это или нет. Наконец ее настойчивость оказалась вознаграждена: из непрозрачного полиэтиленового пакета выпал небольшой кожаный футляр.

Влажными от волнения руками, Даша развернула футляр. Внутри находились удостоверение, паспорт и водительские права. Осторожно раскрыв паспорт, рыжеволосая налетчица воздала хвалу Господу — документы действительно принадлежали пастору: знакомое узкое лицо с запавшими глазницами. Даже темный свитер чем-то напоминал сутану. Она склонилась, чтобы лучше рассмотреть имя. Клаус Циммербухбауер. Теперь понятна его страсть к замысловатым именам.

Отложив паспорт, она взяла следующий документ и в глазах потемнело. Это было удостоверение частного детектива. Послышался сдавленный стон.

«Негодяй! Какой негодяй...»"

"Прикрыв лицо дрожащими руками, Даша с трудом удерживалась от слез. Теперь уже никаких сомнений не оставалось: покойный пастор был частным детективом. А частный детектив никак не может быть сотрудником Интерпола. А вот за Гонсалесом следить мог и, значит, инспектор говорил правду.