Пропавшее Рождество

Стала бы я, живя среди французов, ждать тебя полгода!

— Вот именно! — полковник вскинул палец. — Именно из-за таких ветреных особ, как ты, мужчины и изобрели телефон и самолет. Один звонок, и к вечеру мы в постели пьем шампанское.

— Ты это к чему? — Она перестала улыбаться.

— К тому, что проделай мы то же самое в двенадцатом веке, нас бы обоих сожгли на костре.

— За шампанское в постели?

— За телефонный звонок и авиабилет, — сдержанно пояснил полковник. — Так вот, с энергетикой пещеры Горной Девы то же самое — природа ее концентрации для нас пока непостижима, но это не значит, что она не существует.

— Нет, не понимаю!

— Чего ты не понимаешь?

— Ты никогда так не говорил, ты никогда не верил в... — она махала руками, не в силах подобрать нужное слово.

— Во что?

— В чертовщину всякую.

— Конечно, не верил.

— Ты же только что сказал про непостижимую энергию и все такое прочее!

— В энергию верю, — спокойно согласился Полетаев. — В маленькое существо с рогами, копытами и розовым пяточком — естественно, нет.

— А в альвов?

— Ив этих тварей тоже не верю. А также в демонов, леших, водяных...

— А в Горную Деву?

— Нет.

— Тогда почему именно в этой пещере сбываются желания? Пусть не все, а только определенные. Как это может быть? — она почти плакала.

— Не-зна-ю, — раздельно произнес полковник. — И зря я тебе все это рассказал. У тебя и так психика неустойчивая.

— Если ты еще раз назовешь меня сумасшедшей, я тебя придушу, — угрожающе прошипела Даша.

— И что самое печальное, тебе за это ничего не будет. — Допив виски, Полетаев с сожалением отставил пустой стакан. — Может примешь еще таблеточку?

— Засунь ее себе...

— Грубо, девица, очень грубо. Все-таки мы во Франции, а не на трех вокзалах.

— Какую?

— Все равно. Лучше всего комиксы. — Помолчав, Полетаев добавил: — И постарайся больше не пить. Это может плохо кончиться.

— Для кого?

— Для окружающей среды.

2

Комиксов найти не удалось, потому, побродив бесцельно по гостинице, Даша оказалась там, где в конце концов оказывалась всегда за последние семь дней — возле бара. Ни перед стойкой, ни за стойкой никого не было.

«Не иначе как энергетические демоны всех сожрали, — мелькнула мрачная мысль. — Ну и на здоровье...»

Взобравшись на табурет, она уронила голову на Руки."

"Больше всего ее терзало то, что она никак не могла понять, как относиться к происходящему — как к мистике или к реальности. Хотя какая разница? Если орудуют потусторонние силы, то ей с ними голыми руками все равно не справиться. Если же действует реальный человек, то он, или скорее она, настолько хитра, что ни за что себя не выдаст.