Просчет невидимки

У него теперь есть время все обдумать, если он причастен к шпионажу. Нам, кажется, повезло взять вражеского пособника, а ты его чуть не вспугнул. Арестованный – враг, это еще не обезоруженный враг, он еще опасен так же, как и на свободе. Побежденный враг – это враг, ответивший честно и откровенно на наши вопросы, признавший свое поражение, активно сотрудничающий со следствием. Вон когда наша победа празднуется. Да и то рановато даже в таком случае ее праздновать. Все праздники и торжества будут после войны.

– А после войны отменят шпионаж? – Филонов посмотрел в лицо Кареву уже почти спокойно. – Не станет врагов у нашей страны? Только друзья останутся?

– Увы, – вздохнул Карев, – враги у нас будут всегда. Всегда были, есть и будут. До полного братания со всеми народами еще очень далеко.

Поняв, что сейчас Филонов в таком состоянии, что рассчитывать на него пока не стоит, Карев отослал его на завод. В кабинете его уже ждал Буторин, и тогда они втроем уселись за стол с кружками горячего чая. За окном снова завывала вьюга, снег залепил стекло. В кабинете горела только настольная лампа на столе майора. Буторин, отогревая ладони о железные бока кружки, рассказывал:

– Петелька вокруг нас затягивается, это чувствуется. Никаких угроз не поступает, никто нас активно не разыскивает, но сведения добывают незаметно и аккуратно. Три блатхаты, которые мы организовали, куда ввели всякую шушеру карманную, щипачей, шулеров, пришлось оставить. Следы там наши есть, люди, которые нас там видели, найдутся. Но вот кто нас так осторожно, чтобы не вспугнуть, разыскивает, я сказать пока не могу. Два корешка из мелких передавали, что предъявить нам хотят за беспредел у сберкассы. Насчет той бойни в подворотне вроде особо не возмущаются, но переговорить хотят. Понятно, что нас вытягивают на свет, чтобы понять, кто мы, в глаза посмотреть, наколки наши изучить, узнать, под кем ходим или сами по себе артисты залетные. Побаиваются нас, думают, как бы дров не наломать.

– Ну, ты не спеши такие выводы делать, – посоветовал Шелестов. – Может, это и не страх, а умная осторожность. Надави на вас, вы или стрелять начнете, или уйдете в тень, а вас хотят выудить, это ты правильно сказал. Никому такие ребята в городе не нужны. Я думаю, что ты правильно решил. Отходи, пока держись в тени, следы оставляй, чтобы знали, что банда в городе и никуда не делась. Награбленное пропивает.

– Да, ты прав, Максим Андреевич, – согласился Карев, – давайте осторожнее вести себя и не лезть понапрасну под финки и стволы бандитские. Пока не ясно, кто вас разыскивает конкретно, подождем. А чтобы поторопить процесс, я подброшу в бандитскую среду еще немного информации про вас, чтобы не расслаблялся уголовный мир.