2
0
— Да я уже, — стесняясь проговорила Кузнецова и немного вжала голову в плечи.
— Так, я один чего-то не знаю? — Лёха переводил подозрительный взгляд с одного на другого.
— Да я как раз хотел рассказать, — сказал я чистую правду. — Только девчонки как раз подошли.
— И насчёт чего я не в курсе? — спросил он."
"Пришлось снова переживать всё то, что со мной произошло в последние дни. Но на этот раз уже зная окончательный результат. Когда я закончил, все трое сидели с широко открытыми глазами. Видимо, я всё-таки гораздо сильнее углубился в подробности, чем следовало.
— Да уж, — сказал после этого Лёха. — Теперь я полностью согласен с Никой.
— В чём же? — удивилась девушка.
— В том, что наш друг — настоящий герой.
* * *Когда все разошлись на обед, я вспомнил, что Асакура дала мне номер ремесленника-артефактора, который из различного лута и чуть ли не хлама мастерил очень годные вещи. Я созвонился с ним, подхватил сумку со шкурой и отправился по указанному адресу.
Ремесленника звали Гворф, что напомнило мне нечто былинное и вышедшее из эпоса. Таким он, кстати и был. Огромный, с накаченными руками, на полголовы выше меня и с кучей разных поделок на одежде. Говорил он раскатисто и зычно, тоже, как богатырь.
— Как дела у Асакуры? — первым делом спросил он, смерив меня взглядом.
И что-то такое проскочило в этом самом взгляде, что я почувствовал лёгкую неприязнь. Некоторые вновь приобретённые способности мозга вдруг подсказали мне истинную причину. Он был неравнодушен к воительнице, как и многие из мужчин в нашем городе, но почему-то не признавался ей в этом напрямую. А меня, стало быть, он принял за ухажёра девушки.
— Да вроде нормально, — я пожал плечами, делая всё ровно то, что будет делать человек, у которого Асакура не вызывает любовный интерес. — Я честно говоря, не вникал.
— А, тогда ладно, — громоподобно ответил Гворф и сразу же подобрел. — По какому делу?
— Да вот добыл я шкуру монстра, и мне из неё броню сделать надо, — ответил я, и достал из сумки скрученную в рулон шкуру, которую и раскатал на специальном столе.
— Ого! — Гворф явно заинтересовался.
Он провёл по ней пальцами, словно исследовал наросты и утолщения. Затем взял, взвесил, ещё раз прощупал, ударил по ней кулаком так, что стол должен был заходить ходуном. Только вот ничего не шелохнулось. Шкура полностью поглотила силу удара, хотя я видел, что ремесленник бил от всей души.
— Добрая шкура, — задумчиво сказал он. — Конечно, не продашь?
— Если она может мне послужить, то лучше пусть послужит, — ответил я. — Продать я могу и сферы.
— Сферы, — повторил Гворф с таким выражением, словно я сказал ему что-то смешное. — Если захочешь из этого сделать броню, то сферы тебе понадобятся. И много. Возможно, даже редкие какие-нибудь.
