6
0
20. Правила морали нужны, чтобы удерживать глупых, ибо растолковать или доказать им что-либо невозможно. Умный человек и без морали ничего аморального не сделает.
Чтобы заставить дураков вести себя более или менее прилично, их нужно напугать. Этим как раз и занимается религия. Как только все научатся пользоваться своим умом, религия станет ненужной. Я не буду убивать человека, не потому что это аморально, а потому что глупо.
Итак, правила морали нужны, чтобы удерживать глупых, ибо растолковать или доказать им что-либо невозможно. Умный человек и без морали ничего аморального не сделает.
21. Каждый человек счастлив настолько, насколько считает себя счастливым.
22. Одни презирают благо, которым не обладают; другие же презирают его, если им обладают.
Мысль Шопенгауэра: «Последние более несчастны и более благородны».
Что более несчастны, то я согласен. Но не всегда они более благородны.
Итак: одни презирают благо, которым не обладают; другие же презирают его, если им обладают.
23. Красивыми женщинами часто стараются овладеть не из любви к ним, а из тщеславия."
"24. Те, кто слишком много заботятся о том, как они выглядят в глазах других, заражены изрядным тщеславием: они думают, что люди только и заняты тем, что за ними наблюдают, только о них думают и только о них говорят.
25. Ипохондрия души – замечать не то, что у тебя есть, а то, чего нет.
26. Плох тот, кто плохо к себе относится.
Можно сказать и так: человек, который к себе плохо относится, – плохой человек. Афоризм возник после размышлений по поводу тяжелой, неизлечимой болезни моего лучшего друга и очень хорошего и талантливого человека. Нам всем было его очень жаль. Мы знали, что он приговорен. Он, кстати, тоже. Как водится, все вздыхали, охали, возмущались тем, что негодяи живы и здоровы, а такого хорошего человека Бог так жестоко наказывает. И действительно, он сделал очень много хорошего многим людям. Не буду говорить, что он сделал другим. Скажу, что он сделал только для меня. Он энергично содействовал моему устройству на работу в клинику, он учил меня психиатрии, он учил меня читать лекции. Он способствовал моему дальнейшему продвижению, он безропотно выслушивал все мои жалобы, которые в свете его беды сейчас кажутся мне просто смешными. И если бы только один я это делал. Я хоть имел какое-то право на это. Ведь мы были напарниками, и что-то делал для него и я. Но ведь к нему, совершенно не считаясь с его интересами, со своими нуждами и бедами лез любой, кому не лень: врачи клиники, психиатры области, да и из других регионов, бесконечные больные. Но все-таки был один человек, к которому он плохо, просто отвратительно относился. Этот человек, вы уже поняли, он сам. А ведь Бог завещал нам относиться с любовью к ближнему.
