117
0То и дело он осматривал мою ногу, говоря мне что-то утешающее. Конечно же, это благотворно действовало на меня. И когда остатки шока окончательно прошли, я даже начала находить в своем положении некоторые преимущества. Вот оно – свободное от хлопот время, когда можно предаться размышлениям и анализу, а также занять свои руки любимым делом. Кроме всего прочего, это должно было отвлечь меня и от ноющей боли в ноге, на которую я даже боялась смотреть (вот что касается собственных ран, тут я слабонервная до крайности).
– Послушай, Дима, – сказала я своему заботливому доктору, – у меня к тебе одна просьба. Принеси мне, пожалуйста, каких-нибудь шишек, коряг, веточек… ну все, что найдешь интересного. Хочу немного порукодельничать.
Тут я увидела, как загорелись Димкины глаза, словно он несказанно обрадовался моей просьбе.
– Анна Сергеевна, – с пылом произнес он, широко улыбаясь, – это так здорово, что вы решили наконец снова порукодельничать. Я как раз собирался попросить вас помочь мне… Я хотел сделать какой-нибудь подарок для Лилии…
– Правда? – просияла я, – ведь ничто не вдохновляло меня так, как энтузиазм моих учеников, – отлично! Давай тащи быстрее сюда все, что найдешь!
И он, исполненный азарта и творческой жажды, умчался на поиски природной фурнитуры для наших будущих поделок. И сейчас, рыская на берегу и под деревьями, он был просто мальчиком, увлеченным идеей, а вовсе не могущественным магом и колдуном…
А я на какое-то время осталась одна. Я лежала на травке, закрыв глаза, и легкий ветерок ласкал мое лицо. До моего слуха доносились умиротворяющие звуки привычной людской суеты, к ним примешивалось чириканье каких-то птах, жужжание насекомых, шелест травы. Я просто отдыхала, наслаждаясь блаженными минутами одиночества и медитации. Снова я прокручивала мысленно все это наше удивительное приключение – с самого начала по теперешний момент, испытывая при этом благоговейный и мистический трепет перед Провидением, что послало нам нешуточные испытания, из которых, однако, мы благополучно выбрались, пополнив свой жизненный опыт и расширив горизонты сознания. Я доверяла воле этого Провидения, я знала, что я, как и каждый из нас, способствую исполнению какого-то Высшего, неведомого нам замысла… И я чувствовала, что снова возвращаюсь к своей сути, я улавливала смутный образ вечно ускользающей истины, и ко мне приходило осознание неизбежности и важности своего предначертания…
А когда я открыла глаза, то увидела приближающуюся ко мне женщину, в которой я тут же узнала бывшую подругу нашего командира Туллию.
