Прибежище богов

Самая главная их отличительная особенность – это то, что они, будучи уверены в своей исключительности, старались убедить в этом других. Эти люди были способны проломить любую дверь только силой своего характера. Они могли быть милыми и очаровательными – но лишь с теми, от кого зависел их успех. Только такие люди умели виртуозно, соблюдая все внешние приличия, одним легким жестом, взглядом показать всю глубину презрения к тому, кто просто им несимпатичен… Именно личности такого склада выбиваются в начальники в нашем мире. Идти по головам, плести интриги, с легкостью отказываться от тех, кто стал уже не нужен – их фирменный стиль. Это люди-львы, собирающие вокруг себя подобострастное шакалье, и стремящиеся уничтожить любых конкурентов. Все, что есть на свете милого, трогательного и нежного, загнано ими в такие глубокие душевные тайники, и заперто на такое количество замков, что кажется, будто им и не доступны обычные человеческие порывы… Но я-то давно знала, что это не так. Я догадывалась, что такие люди тоже страдают, что не чуждо им ничто человеческое. Но настолько они привыкают к своей роли непробиваемых истуканов, что достучаться до них очень трудно, почти невозможно. И должно произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы эти люди наконец выпустили на свободу всю свою человеческую суть…"

"Очевидно, эта мадам также испытывала ко мне далеко не самые дружелюбные чувства. За долю секунды она просканировала меня, моментально сделав вывод о том, что я из себя представляю. При этом я почувствовала исходящую от нее струю ледяного холода… Да-да, и это мне тоже было хорошо знакомо. Такое же примерно ощущение появляется, когда ты приходишь на собеседование к начальнику женского пола, и понимаешь, что он испытывает к тебе глубокую, ничем не объяснимую антипатию – смотрит вскользь и свысока, и слегка кривит губы. Но она не была начальницей, а я – соискательницей… Она не могла не понимать моего преимущества – ведь я была своей среди людей, которые вызволили ее.

Наконец она посмотрела мне в глаза и наши взгляды скрестились со звоном, как две стальные шпаги. Она была уверена в своем превосходстве, и пыталась подавить меня своей неслабой энергией – чуждой, и оттого очень неприятной мне. Но не более того. Эта голуба еще не знала, на что нарывается. Зацепившись взглядом за ее зрачки, я начала давить всей силой своей воли, развитой в различных жизненных передрягах, и всей мощью своего с каждым днем усиливающегося магического таланта.

Внезапно внутри этой женщины что-то хрупнуло и возникло такое ощущение, будто я с разбегу провалилась во внезапно отпертую дверь.