5
0Золотой медальон в виде переплетенных змей поблескивал на мускулистой груди. Татьяна заметила, что его ноги покрыты засохшей грязью, словно он недавно гулял по улице босиком.
– Ой, – тихо произнес Никита. – Вы как здесь очутились? А главное… как здесь очутился я?
Этими словами он совершенно сбил их с толку.
– Ты о чем? – удивленно спросила Татьяна. – Сейчас девять утра. Мы заехали, чтобы захватить тебя на работу…
– Девять утра?! – Никита бессильно уронил руки, затем медленно выпрямился. – Но как? Я ведь только лег…
– Прилег на полу в коридоре? – живо уточнил Антон. – На коврике у входной двери. А кошачий лоток ты себе уже приготовил?
Татьяна шутки не оценила, как, впрочем, и Никита.
– У тебя что, кровать сломалась? – поинтересовалась Пожарская.
– Я точно лег на свою кровать, – растерянно произнес Никита. – Будто всего пару минут назад… А очнулся здесь… и утром.
– Ты что, вообще ничего не помнишь? – заволновалась Татьяна, глядя в его растерянное лицо.
Никита тряхнул длинной челкой.
– Вообще ничего, – признался он. – Так странно… У меня будто несколько часов жизни стерлось из памяти. Совсем как тогда…
– Когда ты свалился с моста? – Антон тут же понял, о чем он говорит.
– Именно. Но уже столько времени прошло… Неужели у меня опять начались какие-то провалы в памяти?
– Ты давай не пугай нас, – попросила Татьяна. – Только этого не хватало.
Никита постоял еще какое-то время, будто собираясь с мыслями. Затем снова встряхнулся.
– Ладно, надо привести себя в порядок… Кофе хотите?
– Мы в офисе собирались попить, – сообщил Антон. – А что с твоими ногами? Ты где шлялся?
– Что? – Никита опустил глаза на свои ступни. – Черт! Это еще откуда взялось?
– Ночью прошел небольшой дождь, – вспомнила Татьяна. – Земля на газонах еще слегка влажная. Ты выходил на улицу?
– Если и выходил, то совершенно этого не помню, – с вытянутым лицом признался Легостаев. – Как такое возможно вообще?
– Лунатизм? – предположил Антон. – Вышел ночью голышом на улицу, погулял, затем под утро вернулся домой и отрубился в прихожей. Кстати, ты даже дверь не удосужился за собой запереть.
– Только этого мне и недоставало для полного счастья, – схватился за голову Никита. – И что теперь, пристегивать себя перед сном на цепочку к ножке кровати?
– Интересно было бы на это посмотреть, – хмыкнул Василевский.
– Может, это опять твой… Илларион? – предположила Татьяна, смущенно кашлянув. – В последнее время он не стал… сильнее?
– В последнее время он, наоборот, как-то присмирел, что даже немного странно, – сообщил Никита. – Раньше был куда активнее, а теперь будто днем в спячку впадает и просыпается лишь после захода солнца. Это на него не похоже… Вы это… – Он замялся.
