6
0
Матриарх ловко и быстро делала свою работу, тихо проговаривая что-то на неизвестном Никите языке. Помощники вторили ей, и их голоса сливались в монотонное бормотание. Хорошо еще, что ведьма закрывала собой жертву. Иначе от этого зрелища Никита, наверное, сошел бы с ума.
Он вдруг заметил неясный силуэт, взмывший над головами убийц. Душа Игоря взлетела и зависла под потолком, сияя над распростертым телом. Призрак не понимал, что с ним происходит, и озадаченно крутил головой. Никита видел души умерших много раз, но впервые наблюдал момент выхода из тела. К сожалению, это оказалась душа его коллеги по «Авангарду».
– Никита? – удивленно произнес призрак. – Ты… Наследник? Твой альфа уже почти добился своего… Позволишь ли ты мне поговорить с тобой?
Никита отчаянно замычал, глотая слезы, и затряс головой.
Вдруг призрак Игоря дрогнул и помутнел. Он резко дернулся, словно стараясь освободиться от чьего-то мощного захвата, а затем устремился вниз, к алтарю, и исчез из вида. Никита понял, что отныне душа Игоря навечно запечатана в четках Матриарха, этой грязной твари. Ему вдруг стало плохо. Стены древнего храма начали расплываться у него перед глазами.
Глава 46
Матриарх
Когда он вновь пришел в себя, с Игорем уже было покончено. Его тело освободили от цепей. Оно лежало на алтаре с закрытыми глазами, словно в глубоком сне, только грудь больше не вздымалась. Никита разглядел уродливый шов, такой же, как у Шахини.
Пока помощники обмывали шов водой, ведьма опустилась в старинное резное кресло и принялась слегка взбалтывать чашу с кровью Игоря, потом поднесла ее к губам и сделала огромный глоток. Роксолана была права, старуха действительно пила кровь!
Оторвавшись наконец от своего питья, Матриарх вдруг заметила, что Никита неотрывно наблюдает за ней. Она коротко усмехнулась, отставила чашу с кровью в сторону и подошла к Легостаеву. А затем рывком стащила с головы маску дракона. Никита опять едва не лишился сознания.
– Вы удивлены, молодой человек? – спросила Арина Станиславовна Колмогор. – Немудрено. На твоем месте я бы тоже удивилась.
Она твердо стояла на ногах, и сейчас ее сложно было представить сидящей в инвалидном кресле. Женщина обтерла краем мантии кровь, стекающую по подбородку, и облизнулась. Никита что-то промычал и резко затряс головой. Арина Станиславовна выдернула кляп из его рта.
– Ты просто чудовище! – выдохнул Никита.
– Я лишь та, кем меня заставили стать, молодой человек, – улыбнулась Матриарх. – Вот моя бабушка действительно была чудовищем. А я так, лишь использую некоторые ее хитрости.
– Ты настоящая тварь! Злобная старая ведьма!"
"– О, какие мы озлобленные! Попридержи свой поганый язык, сопляк, иначе я его тебе вырежу. Мне ведь нужно только твое тело. Язык вовсе не обязателен.
