Правильный лекарь. Том 7

В правой доле пузырь диаметром сантиметров десять, а в нём много более мелких пузырей от сантиметра до трёх.

— И что ты с ним сделал? — напрягся я. С этой штукой несложно и навредить.

— Да ничего пока, — пожал он плечами. — Сказал пока раздражающие продукты из еды убрать и спазмолитики попить. Ну ладно, скажу, как есть. Я пытался воздействовать на этот пузырь, он начал немного сокращаться и мне не понравилось, как всё это выглядит. Я вообще хотел его вам показать, Александр Петрович, он теперь завтра придёт к восьми.

— Зови тогда, как придёт, — сказал я и выдохнул.

— Ты хоть догадался, что это было?

— Неа, — честно ответил Дмитрий Ефремович и помотал головой.

— А вы знаете, Иван Терентьевич? — решил я спросить старика. Судя по его хитрому взгляду, я решил, что он в курсе.

— Ну тут вроде студенту должно быть понятно, — пожал плечами Рябошапкин, глядя на Сальникова с упрёком. — Пузырь в печени, а в нём ещё пузыри. И мыло тут не причём.

— Эхинококк что ли? — хлопнул Сальников себя по лбу. — И как я сразу не догадался? Вот чума! Правда ведь, студенческий случай, классика. Что-то совсем вылетело из головы, словно там и не бывало.

— Не переживай, со всеми бывает, — улыбнулся я. — Иногда к зеркалу подходишь и думаешь: «Господи кто это?».

Все дружно заржали, хотя на столь бурную реакцию я не рассчитывал, шутка не первой свежести.

— У меня сегодня был более оригинальный случай, — начал Виктор Сергеевич. — Пришёл пациент, жалуется на ноющие и ломящие боли в руках и ногах. Я его просканировал от макушки до пяток. Все длинные трубчатые кости в метастазах, даже в рёбрах есть. В том, что это именно метастазы опухоли, я уверен на все сто процентов, а первичного очага нигде не нашёл.

Ни в желудке, ни в поджелудочной, ни в кишечнике, ни в лёгких ничего нет, абсолютно чисто. Все варианты возможные пересмотрел, везде чисто. А в костях суммарно под сотню метастазов будет.

— Итак, господа, завтра день консилиума? — улыбнулся я. — А это, кстати, хорошая идея. Давайте всех больных назначать на какое-то время, с днём недели определимся, и будем обсуждать интересные клинические случаи. Это будет для всех полезно.

— Ну давайте тогда по четвергам после обеда и будем собирать в кучу всех таких пациентов, — предложил Рябошапкин.

У меня тоже сегодня интересный чудик был. Я тогда сейчас про него не буду рассказывать, сохраню интригу, а вот завтра вы его увидите, идёт?

— Интрига удалась, Иван Терентьевич, — хмыкнул Сальников. — Ночь спать не буду.

— Ещё чего не хватало, — буркнул Рябошапкин. — Не хватало ещё из-за… Так, всё, молчу! Завтра всё узнаете.

На том и порешили, четверг в час дня каждую неделю будет мини конференция с обсуждением непонятных и интересных клинических случаев.