Правильный лекарь. Том 7

— А где Катя, интересно? Ты её не видел, Саш? Я видела, что она уже встала, ходила по дому, потом пошла к тебе в комнату и пропала.

— Что? — я округлил глаза и выронил вилку. — Ко мне в комнату?

— Ну да, а что? — напряглась мама. — Что-то не так?

— Всё так, — постарался спокойно ответить я. — Я сейчас приду.

Чтобы не создавать панику, я с видом большого нежелания этого делать, встал из-за стола и направился в сторону своей комнаты. Когда был уже вне зоны видимости, перешёл почти на бег. Вот же я идиот! Надо было отключить эту чёртову ловушку совсем, пока не проведу идентификацию всех членов семьи и прислуги.

А я освободил кота, сделал так, чтобы с ним это больше не повторилось и вернул ловушку на место. Кто ж знал, что в воскресенье Катя с утра пораньше зачем-то пойдёт в мою комнату?

Так и есть. На пороге моей комнаты стояла Катина статуя с выражением испуга на лице. Я аккуратно обошёл её, взял в руки ловушку и деактивировал.

— Саш, ну ты что, охренел? — тут же набросилась она на меня, молотя кулачками в грудь. — Это что такое было? Я чуть Богу душу не отдала!

— Ну всё позади, тихо, тихо, — я крепко обнял её и прижал к себе.

Так она по крайней мере меня колотить перестала, а вот её продолжало колотить. Трясло, как на электрическом стуле, я даже чувствовал, как колотится её сердце. — Тебе не было больно?

— Нет, Саша, мне не было больно, но мне было охренеть как страшно! Что это было?

— Я купил вчера у артефактора магические ловушки, — сказал я, отпуская её, так как она начала настойчиво отстраняться, чтобы посмотреть в мои бесстыжие глаза. — И хватило ума ночью поставить её на входе. Котангенс вроде нормально перенёс, с ним всё в порядке.

— Так на эту гадость ещё и кот напоролся? — чуть не плача спросила она.

— Кать, с котом всё в полном порядке, — старался я её успокоить, — он спокойно ходит по дому и в отличие от тебя уже позавтракал. Ты как себя чувствуешь?

— Уже почти нормально, — недовольно буркнула она. — Ужас какой. А ты на себе не пробовал?

— Если бы я на себе попробовал, то мы бы сейчас все представляли собой скульптурную композицию, — хмыкнул я. — И освободить было бы некому. А если не секрет, были какие-то неприятные ощущения?"

"— Очень неприятно, — передёрнула Катя плечами. — Словно тебя мгновенно сковывает льдом.

— Было холодно? — удивился я.

— Не, как-то по-другому, — нахмурилась сестрёнка, пытаясь придумать, как описать свои ощущения. — Главное, что очень страшно было. Ты всё видишь, всё понимаешь, но не можешь шевельнуть даже пальцем.

— Ну хоть не больно? — спросил я ещё раз на всякий случай.

— Нет, не больно, — покачала она головой.

— Ну, слава Богу, — с облегчением вздохнул я. — Хоть так.

— Сделай так, чтобы я больше никогда так не попалась! — потребовала Катя, надув губы и строго глядя мне в глаза.