2
0Мы с Виктором Сергеевичем провели совместную процедуру, во время которой я справился с остальными стенозами. Теперь все вены имели хорошую проходимость, но не имели клапанов, но это уже совсем другая история.
— Хм, работает, — констатировал Илья, проведя сканирование после окончания процедуры. — Ну я теперь обязательно найду того пациента, а то я ему только язву вылечил и немного улучшил кровоснабжение кожи. Впрочем, если не найду, он сам объявится. Я назначил ему показаться через месяц, скорее всего срок уже подходит.
— Так для полной изначальной картины заболевания мы можем посмотреть следующего пациента, так ведь? — спросил Сальников и посмотрел на меня.
— Не совсем парный, — улыбнулся я. — Но зато очень показательный. Ведите следующего.
Пациент с гангреной преобразился гораздо эффектнее, чем герои программы про моду. Отмыли, переодели, подстригли, даже борода теперь вместо косматой лопаты превратилась в аккуратную бородку. Да на него надень дорогой сюртук и пенсне и можно в экономический отдел городской управы отправлять на работу, он там ещё и лучше всех выглядеть будет.
Мужчина забрался на стол, задрал штанину и снял нормальный чистый носок. Интересно, где его взяли. Кто-то сбегал в магазин? Мне и моим коллегам явилась наполовину почерневшая, стопа с признаками мумификации.
Первым решился обследовать пациента Рябошапкин. Сначала он просто пытался нащупать пульс кончиками пальцев, как и я это обычно делаю, но ни на стопе, ни на подколенной артерии он пульса не нашёл. Сканирование показало наличие нитевидного медленного кровотока почти без пульсации в артериях голени. Если вспомнить, как это выглядит на УЗИ, я бы написал стеноз более девяноста процентов.
Я попросил мужчину снять брюки совсем, чтобы просканировать артерии на бедре вплоть до подвздошных. Похоже я угадал, поверхностная бедренная артерия была забита наглухо, ни малейших следов кровотока. Глубокая бедренная значительно сужена, но там есть ещё какая-то жизнь.
— Судя по всему процесс развивался медленно, пока не привёл к сухой гангрене части стопы, — высказал я своё мнение, когда все посмотрели, потом обратился к пациенту: — Как давно у вас стопа почернела?
— Да уж месяца три как, — ответил мужчина, пожав плечами.
— Как же вы ходили всё это время? — спросил Сальников. — На неё ведь скорее всего наступить было невозможно.
— Да ходил потихоньку, сынок, — потупив взгляд ответил мужчина.
— А нога при ходьбе давно начала уставать? — решил я уточнить, хотя это теперь уже не имело большого значения.
— Лет пять или шесть, — ответил он. — Левая нога тоже болит, когда хожу, но меньше.
